Русский информационно-познавательный ресурс "Русколань"

.



Человековедение

А. М. Иванов
Посмотрите черепа!

Рецензия на выпущенную в 2002 году издательством «ФЭРИ-В» книгу
«Русская расовая теория до 1917 года», составитель Владимир Авдеев

Обложка сборника "Русская расовая теория до 1917 года"«Посмотрите черепа!» – с таким возгласом гнался за героем повести Дж. Джерома «Трое в одной лодке» кладбищенский сторож, полагая, очевидно, что созерцание черепов – это очень интересное занятие, доставляющее эстетическое наслаждение. Похоже, выпущенную в 2002 г. издательством «ФЭРИ-В» книгу «Русская расовая теория до 1917 года» оформлял именно этот кладбищенский сторож. Такое обилие изображения черепов было бы уместно на страницах учебника антропологии или анатомии в качестве иллюстраций к материалу, в данном же случае они разбросаны повсюду просто как орнамент, безотносительно к тексту. Это уже напоминает украшения частокола вокруг поселения людоедов. Вдобавок к этому по страницам книги разгуливают скелеты, люди с содранной кожей, – ее просто страшно открывать!

Надо сразу сказать, что название книги вводит в заблуждение. Никакой особой русской расовой теории, в отличие, скажем, от немецкой, как цельного учения не существовало. Да, русская наука и в этой области ничуть не отставала от мирового уровня, у нас тоже серьезно занимались изучением расовых различий. Тем более что огромная Российская империя со множеством живущих в ней народов давала для этого обширный материал, но теории при этом создавались самые разные, и ценность их, соответственно, тоже была различной.

XIX век для нас теперь уже позапрошлый, однако в книге содержатся доказательства того, как злободневно могут звучать сегодня мысли, высказанные еще тогда. Например, известный русский историк Й.Д. Беляев, вспоминая о том, какую истерику вызвало в Европе подавление польского восстания 1863 года (ничуть не меньшую, чем нынешняя контртеррористическая операция в Чечне), возмущался, что «еще недавно большая часть западноевропейских, журналов и газет, по команде польских эмигрантов, общим хором утверждала, что мы, великоруссы, никто другой как татары, скифы, финны, унны, тураны и чуть не турки, даже хуже турок, какие-то чудища, оскверняющие европейскую землю...

Да и в настоящее время между западными европейцами есть еще много охотников верить сим подобным толкам и россказням» (Русская расовая теория. – с.195).

И.Д.Беляев говорил о своем настоящем времени, мы можем то же самое сказать о своем. Угар горбачевской перестройки ознаменовался тем, что прибалты и даже украинцы начали с пеной у рта доказывать, что они – плоть от плоти «европейской цивилизации», не в пример русским. Помнится, особенно отличился тогда «народный депутат СССР» от Эстонии (которая тогда уже приноравливалась перескочить из СССР в НАТО) Т.Маде своими рассуждениями насчет того, что «русские столетиями жили под монгольским или татарским игом, и поэтому русские до сих пор в этническом плане смешанная нация... Татары и монголы вторгались в свое время в русские деревни, истребляли и захватывали в плен мужское население, насиловали русских женщин. Поэтому сегодня русский народ так смешан с теми людьми, которые когда-то насиловали русских женщин».

Это высказывание не блистало ни новизной, ни оригинальностью. В Европе давно бытует поговорка: «Поскребите русского – и вы обнаружите татарина». Ее повторяли столь часто, что кое-кто стал принимать эту ложь за истину. К врагам России особых претензий предъявлять не приходится, враг есть враг, но русофобам объективно подыгрывал и кумир русских патриотов В.В.Кожинов, который тоже много разглагольствовал, не владея темой, об особой «смешанности» русского народа.

В выступлении И.Д.Беляева было больше пафоса, чем доказательств. Но этот пробел с успехом восполняется в других статьях, опубликованных в сборнике, о котором идет речь. Так, антрополог В.В.Воробьев, хотя и пожурил Беляева – нельзя, мол, так категорически отрицать влияние монгольской крови, какая-то ее частичка не могла не примешаться, но она «не должна была оказать особенно сильного влияния» (с.165). «Влияние монгольской и татарской крови на общем типе великоруссов не отразилось очень заметно; по крайней мере, на основании существующих в настоящее время данных, отметить его с очевидностью не удается» (с.183). Другой антрополог, И.А.Сикорский тоже отметил: «Татарская и монгольская примесь являются в виде ничтожных вкраплин по местам и по своей, так сказать, случайности и незначительности, нисколько не нарушают чистоты и очевидности главного основного... состава, а потому такие случайные примеси должны быть игнорируемы и не принимаемы во внимание» (с.271). Но с Сикорским случилась беда:вытащив ногу из одной ямы, он провалился в другую. Русские, по его мнению, все-таки смесь, только не с татаро-монголами, а с угро-финнами. У него так буквально и сказано: «В состав населения России входят частью индивидуумы чисто финского типа, частью чисто славянского, частью же смешанного типа – из обоих». Русское племя «содержит почти повсюду на своей обширной территории до 40% своего состава в виде антропологически чистых экземпляров первобытных составных рас (финнов-славян) и около 60% уже слившегося, смешанного (метизированного) контингента» (с.271-272).

И где это Сикорский ухитрился обнаружить «чисто финский тип»? Нет такого в природе, на финно-угорских языках говорят народы самых разных рас, от нордической (балтийские финны) до монголоидной (ненцы). Среди одной мордвы, говорящей на двух разных языках, представлены пять антропологических типов, возникших на базе трех расовых компонентов.

И.А.Сикорский договорился даже до того, что «слабейшую сторону славянского характера составляет воля... и в этом отношении славяне представляют противоположность... финнам» (с.275). Опять: каким именно финнам? А.И.Герцен рассказывает в «Былом и думах», как во время своей вятской ссылки однажды наблюдал пожар в деревне, населенной русскими и удмуртами. Русские суетились, таскали воду, гасили огонь, а удмурты сидели на пригорке, плакали и молились. И в современной России удмурты занимают первое место среди всех ее народов по числу самоубийств на душу населения. Так, может быть, и этот финский народ превосходит нас в волевом отношении, может быть, и в скрещивании с ним Сикорскому померещилась бы «великая задача улучшения целого народа», которая осуществляется в «скрещивании рас»? (с.277)

К сожалению, в сборник не вошла работа В.М.Флоринского «Усовершенствование и вырождение человеческого рода», выпущенная в 1864 г. – за год до того, как начал пропагандировать евгенику Ф.Гальтон. Флоринский преувеличил влияние монголов на внешний тип и характер русского народа, но, возможно, специально для того, чтобы подчеркнуть: не всякое смешение идет во благо, бывают и «неблагоприятные помеси».

Главный официальный советский историк 20-х годов М.Н.Покровский, сражаясь против «великорусского шовинизма», продолжил линию Сикорского с еще большим революционным размахом и объявил, что в жилах «так называемого великорусского народа» течет 80% финской крови. Секрет того, каким образом он измерял эти проценты, Покровский унес с собой в могилу.

Крупнейший советский антрополог В.П.Алексеев опроверг Сикорского и Покровского: «Финский субстрат... нельзя считать основным компонентом в сложении русской народности – на протяжении II тысячелетия он почти полностью растворился», в результате чего «современные русские сближаются скорее с... гипотетическим прототипом, который был характерен для предков восточнославянских народов до столкновения с финским субстратом» («Происхождение народов Восточной Европы». М., 1973. С.202-203).

Впрочем, с этим прототипом тоже далеко не все ясно. Как нельзя сказать, какой тип первоначально был у финнов, так и «праславяне не отличались ни чистотой расы, ни единством физического типа» (Сб. «Восточные славяне. Антропология и этническая история». М., 1999, с.13). Только в их случае мы имеем более узкий выбор, ограниченный двумя европейскими типами, причем ученые стремятся выделить только один исходный «праславянский» тип: одни считают, что это был нордический тип, другие признают «истинными» славянами только темноволосых брахикефалов (т. е. людей с круглой формой головы). У нас последней точки зрения придерживался Ф.К. Волков, который провозгласил в 1916 г., что поляки, русские и белорусы – славяне только по языку, а украинцы и остальные южные и западные славяне (кроме поляков) – славяне не только по языку, но и по антропологическому типу (там же, с.20).

Говорить такое сегодня, когда на Украине пышно расцветает самый махровый национализм, просто опасно, – украинцы совсем возгордятся. А тут еще И.А.Сикорский осыпал их комплиментами: у них якобы «более сохранился природный славянский ум и чувство. Таким образом, малорусс оказался более идеальным, великорусс – более деятельным, практичным, способным к существованию» («Русская расовая теория», с.276). Это украинцы-то непрактичные идеалисты? Да вы спросите любого военного, и он расскажет вам, какие они служаки; спросите любого бывшего заключенного, и он расскажет вам, каково работать под охраной разболтанного русского конвоя и каково – под строгим надзором выслуживающегося перед начальством украинского.

Для составителя рассматриваемого сборника В.Б.Авдеева вопрос о происхождении славян ясен как божий день: «Созидателем и носителем культуры на всей территории Европы и европейской части России всегда был один и тот же расовый тип – длинноногий голубоглазый блондин». И вообще: «всегда и везде в мировой истории исходным расовым типом-создателем культуры – был человек нордической расы. Именно он является поэтому наиболее биологически ценным» (Предисловие к сборнику, с. 39, 41). Эти слова выделены жирным шрифтом.

Есть такое опасное психическое заболевание, которое я бы назвал «белобрысоманией». Процитированные выше фразы – явный синдром этой болезни. В.Б.Авдеев даже не задумывается о том, скольким людям он наносит оскорбление подобной писаниной.

Среди немцев эта болезнь приняла эпидемический характер при нацизме, но ее бациллоносители распространяли эту заразу с самого начала XX века. Одним из них был монах-расстрига Ланц, присвоивший себе титул «фон Либенфельс». Его журнал «Остара» именовался «журналом для блондинов и мужчин». Ланца называют «человеком, который дал идеи Гитлеру». Гитлер и в самом деле внимательно штудировал журнал Ланца, хотя отнюдь не был блондином. Впоследствии в Германии этот психоз достиг такого размаха, что некоторые молодые люди кончали с собой от отчаяния из-за того, что они не имели счастья принадлежать к нордической расе (как, впрочем, половина населения Германии). Во избежание подобных случаев стали придумывать разные идиотские формулы, вроде: «В этом темноволосом человеке живет белокурая душа». Оставалось только уточнить, какие еще части тела есть у души. Даже такой крайне правый деятель, как Г.А.Амодрюз, осуждает «нордизм», высокомерное отношение белокурых маньяков ко всем остальным европейцам как к чужакам, как к семитам или неграм, и видит в этом опасное извращение расовой идеи («Мы – другие расисты». Монреаль, 1971, с.122).

Ни одна раса не имеет никаких оснований смотреть свысока на другую. Классик немецкой расовой теории Ганс Ф.К.Гюнтер подчеркивал: «Нет общезначимого масштаба ценности народов и рас, т.е. раса не имеет высшей ценности сама по себе и не может называть другие неполноценными» (Избранные работы по расологии. М., 2002, с.80). В противоположность этому В.Б.Авдеев позволяет себе отнести «инородцев России» к «низшим» расам и распространить на всю мировую историю принцип: «высшие» расы создают – «низшие» уничтожают («Русская расовая теория». Предисловие, с.24). Да и публикации в его сборнике подобраны соответствующим образом. В первой же из помещенных в нем статей историк С.В.Ешевский так описывает ситуацию в США: «Там... была еще возможность существу высшей породы... представителю белой расы, способной к бесконечному совершенствованию, с полным спокойствием совести употребить, как машину, как рабочую силу, негра, в котором, по счастию (!), еще сохранилось посредствующее звено между собственно человеком и высшей породой обезьяны» (Там же, с.65). Ему вторит И.А.Сикорский: «Черная раса принадлежит к наименее одаренным на земном шаре» (Там же, с.248). А у В.А.Мошкова термин «низшие расы» просто не сходит с уст (с. 501-508).

Даже общепризнанный основоположник расовой теории граф А. Де Гобино, и тот считал негров весьма одаренной расой и доходил до того, что приписывал художественные таланты европейских народов примеси негритянской крови. Конечно, в эту крайность тоже впадать нельзя, а то у нас есть много охотников объяснять, например, талант Пушкина кровью его негритянских предков. И.А.Сикорский в статье «Антропологическая и психологическая генеалогия Пушкина» четко определяет сферу влияния этой крови: необузданность природы Пушкина, внезапная порывистость его решений и действий, разгул, бурные инстинкты с ухаживаниями, пиршествами, ссорами, дуэлями – все это «дань черному расовому корню». Сюда же относятся и те «увлечения», которые поэт называет «прочными заблуждениями». Добавляя к этому физическую неутомимость Пушкина и быстроту его восприятия, Сикорский пишет, что этим «исчерпываются африканские дары, внесенные природой в душу Пушкина» (с.309-311).

Чтение статей о «русской расовой теории» может привести к такому ложному умозаключению, будто русские – еще большие расисты, чем западные европейцы. Но история нашего народа показывает совершенно противоположную картину: на всех территориях, куда они приходили, русские, в отличие от англосаксов, не уничтожали туземные народы и не превращали их в рабов. Те, кто принимал христианство, вообще становились своими, а остальные могли сохранять самобытность своего привычного образа жизни. Очень верное определение дал в свое время А.С.Хомяков: «Мы будем, как всегда и были, демократами и между прочих семей Европы... благославляя всякое племя на жизнь вольную и развитие самобытное» (Собр.соч. Т.5, с.106-107).

И вот теперь приходят «белобрысоманы» и начинают нас переучивать. Они заняты поисками длинных черепов и светлых волос во всех частях земного шара к вящей славе «нордической расы», не понимают или не желают понять, что их «находки и открытия» никакого отношения к означенной расе не имеют. Выдающийся советский антрополог В.В.Бунак доказал, что появлению нынешних рас предшествовал этап многообразия расовых форм, причем древние формы были отличны от современных. Один из столпов немецкой расологии, Ойген Фишер, подробно растолковал, как у многих рас развивались одинаковые признаки, только у одних они возобладали, а у других нет. Так что вовсе не были «арийцами» светловолосые и голубоглазые ливийцы, с которыми воевали древние египтяне. По словам Л.Н.Гумилева, монголы, в отличие от татар, были народом высокорослым, бородатым, светловолосым и голубоглазым. Они не имели ничего общего с блондинами, населявшими Европу (Поиски вымышленного царства. М., 1970, с.99).

С другой стороны, любопытно, как «белобрысоманы» будут объяснять тот факт, с которым столкнулся основоположник русской научной антропологии А.П.Богданов, просматривая сборник русских народных песен Сахарова. Он обнаружил, что, в то время как латыши воспевают «златовласых дев», в русских песнях добрый молодец всегда с черными кудрями (Русская расовая теория, с.139). В.В.Воробьев добавляет к этому чисто антропологические данные: «Изучение большинства современных славянских племен, а в том числе и великоруссов, показывает, что светлый цвет волос и глаз далеко не является преобладающим... Несколько больше половины всех великоруссов темноволосы. Как чистых блондинов, так и чистых брюнетов очень немного, не более 8-0% в сложности, остальные же 90% падают на долю русых волос различных оттенков» (Там же, с.179).

Что же касается «находок», которыми любят потрясать «белобрысоманы», то медик П.А.Минаков замечает в связи с этим, что по внешнему виду «курганных» волос нельзя давать заключения об их первоначальном цвете: от долгого лежания в земле черные волосы могут посветлеть. Поэтому, изучая волосы из курганов средней России, Минаков пришел к выводу, что курганное население было темноволосое. Это противоречит распространенному мнению, что наши предки-славяне были светловолосые, и подтверждает, наоборот, мнение Воробьева, что праславянин имел, по всей вероятности, темные волосы (Там же, с.377).

«Белобрысоманы» путаются не только в волосах. Крайнюю неразборчивость проявил В.Б.Авдеев при составлении своего сборника. Наряду с серьезными научными статьями в него попали совершенно бредовые «теории» В.А.Мошкова. Этот генерал от артиллерии, похоже, стал как-нибудь во время стрельб жертвой сильной отдачи, и это сказалось на его умственных способностях. Чего стоит одно его заявление, будто «кроме белого длинноголового человека в неолитическом веке на всем земном шаре никаких других человеческих рас еще не существовало, а были только африканские и азиатские питекантропы, следовательно, короткоголовые пришельцы, появившиеся в Европе в неолитическом веке, были никто иные, как питекантропы» (Там же, с.480). Это в неолите-то! В пятом тысячелетии до нашей эры! Совершенно ясно, что случай с генералом Мошковым чисто клинический. А ведь на этих мифических питекантропах основывается вся «теория» Мошкова о «высших» и «низших» расах.

Такого рода «сборники» принято называть «сборной солянкой». Книга очень выиграла бы, если бы у нее отрезали хвост, страниц двести с лишним и закончили ее где-нибудь на стр. 430 статьей И.И.Мечникова «Борьба за существование», который, между прочим, считается великим еврейским ученым (см. сборник «Евреи в русской культуре». М., 1996, с.166), поскольку это очень важная по нашим временам статья.

И.И.Мечников очень кстати напомнил нам, что говорил Макиавелли: «Человек, желающий в наши дни быть во всех отношениях чистым и честным, должен погибнуть в среде громадного бесчестного большинства». Мечников полемизировал с немецкими экономистами этической школы, которые утверждали, что естественный отбор «возвышает более совершенное и уничтожает более низкое», хотя и видели, что «при свободной конкуренции побеждают не только более способные, но слишком часто и более бессовестные элементы». Таким образом, этика в борьбе за существование не помогает, а, наоборот, только мешает. Необходимую поправку вносил Гельвальд: «В борьбе за существование побеждает не всегда высшая в духовном отношении раса, но такая, которая всего лучше приспособлена к этой борьбе, причем дело решается иногда чисто физиологическими свойствами» (Там же, с.404). Эту мысль развил впоследствии русский биолог А.Н.Северцов, показавший, что в животном мире к числу наиболее процветающих видов принадлежат паразиты низшего уровня. В человеческом обществе мы наблюдаем то же самое.

Анатолий Михайлович Иванов
Стрингер, №14, декабрь 2002 г.

Материалы по теме:
Предисловие к сборнику "Русская расовая теория до 1917 года" (ч.1)
Предисловие к сборнику "Русская расовая теория до 1917 года" (ч.2)
Ученые и философы прошлого и настоящего о расовых вопросах

 

К началу страницы
 



РУСКОЛАНЬ