Русский информационно-познавательный ресурс "Русколань"

.



А.И. Владимиров,
вице-президент Коллегии военных экспертов РФ, генерал-майор

Логика этногенеза и императивы
национальной стратегии России

Источник: "Плацдарм" № 4-5 (9-10), 2003, стр. 4-35.

Преамбула

При анализе обстановки и выработке государственных стратегических решений этногенез и состояние пассионарности этносов наших геополитических партнеров, да и своего собственного российского суперэтноса еще никогда не оценивались стратегией. Эта работа является попыткой применить учение нашего великого соотечественника Льва Гумилева об этногенезе к анализу состояния ведущих геополитических игроков и поиску неких императивов национальной стратегии России в XXI веке и на более дальнюю перспективу. Необходимо дать ответ на вопрос: каким образом на современные политические, экономические и идеологические столкновения государств и цивилизаций, их исторические судьбы влияют (или могут влиять) разность пассионарности и разные фазы этногенеза их суперэтносов, и разные доминанты (стереотипы) их поведения.

Этот новый подход к формированию основ стратегии государства представляется важным и плодотворным, так как оперирует масштабными и стратегическими категориями, содержит в своем существе объективные обобщения геополитического уровня. Его применение к анализу сегодняшней ситуации в мире может совершенно неожиданно высветить и объяснить некоторую "странность" поведения основных субъектов современной геополитики и, быть может, поможет нам это поведение предвидеть, что само по себе важно, так как мы из опыта знаем: "Кто предупрежден - тот вооружен". Поскольку теоретической базой наших рассуждений является теория этногенеза Л. Гумилева, то представляется необходимым сначала привести несколько самых важных тез его теории.

Теория Л. Гумилева об этногенезе и ее применение в стратегии.

Преамбула

Необходимость обращения к творчеству великого евразийца вызвана следующим. Калейдоскоп происходящих мировых событий с неизбежностью вызывает у нас некую "аббе-рацию близости", ощущение важности именно сегодняшних событий. Непросто сопоставить их с относительно дальними и общими тенденциями развития, их закономерной и длительной повторяемостью, что, безусловно, не позволяет взглянуть на проблему сверху, в целом, в диалектическом развитии. Кроме того, сегодняшние сугубо политологические (политтехнологические) подходы к анализу глобальных явлений упускают из виду основную составляющую современных мировых взаимодействий, а именно - их этническую и цивилизационную компоненту.

Основы теории

Согласно теории Льва Гумилева этнос (народ) является природной системной целостностью и представляет собой "устойчивый коллектив людей, противопоставляющий себя всем прочим аналогичным коллективам, имеющий внутреннюю структуру, в каждом случае своеобразную, и динамический стереотип поведения". Он имеет свои сроки существования, измеряемые в целом в 1200-1500 лет, в течение которых этнос проходит ряд стадий своего развития "от рассвета до заката". В свою очередь, каждая из этих стадий-фаз этногенеза характерна только ей присущим тонусом пассионарности и, в зависимости от его (пасси-онарности) напряжения, стереотипом поведения людей, народов, наций, государств и даже цивилизаций. Этот базовый стереотип объективно изменяется в зависимости от фазы этногенеза, каждая из которых измеряется несколькими веками.

Характеристику самих фаз этногенеза мы будем приводить далее по тексту, в зависимости от рассматриваемых геополитических субъектов и их суперэтносов.

Принцип этногенеза - угасание пассионарного импульса вследствие энтропии, или (что то же самое) - утрата пассионарности системы из-за сопротивления окружающей этнической и природной среды. При этом согласно Л. Гумилеву "пассионарный импульс - поведенческий импульс, направленный против инстинкта личного и видового самосохранения, другими словами, это избыток биохимической, жизненной энергии людей, дающий им способности к сверхнапряжению и жертвенности, ради часто иллюзорной цели".

Стратегия

Поскольку пассионарность есть энергия, то она, после пассионарного толчка, вызванного внезапной мутацией, имеющей природный или даже социальный характер, растрачивается в процессе этногенеза. Она уходит на создание культуры, строительство городов, на создание идеологий и политическую деятельность, на территориальную экспансию и войны, то есть на тот труд, результатом которого есть сегодняшняя человеческая цивилизация. Такой труд требует усилий сверх тех, которые необходимы человеку только для того, чтобы существовать в равновесии с природой. Этот значит, что без пассионарности и без ее носителей - пассионариев, человечество просто не состоялось бы. Лев Гумилев пишет о пассионарности так: "...пассионарность - это способность и стремление к изменению окружения... Импульс пассионарности бывает столь силен, что носители этого признака - пассионарии - не могут заставить себя рассчитать последствия своих поступков. Это очень важное обстоятельство, указывающее, что пассионарность - атрибут не сознания, а подсознания и важный признак, выражающийся в специфике конституции нервной деятельности. Степени пассионарности различны, но для того чтобы она имела видимые и фиксируемые историей проявления, необходимо, чтобы пассионариев было много, то есть это признак не только индивидуальный, но и популяцион-ный". Это значит, что не отдельные пассионарии делают великие дела, а тот общий настрой (общества), который можно назвать уровнем пассионарного напряжения". "... Работа, выполняемая этническим коллективом, прямо пропорциональна уровню пассионарного напряжения". (Здесь и далее, все выделения мои. - А. В.) "Хотя пассионарность - стихийное явление, тем не менее оно может быть организовано той или иной этнической доминантой.

Этнической доминантой мы называем явление или комплекс явлений - религиозный, идеологический, военный, бытовой, который определяет переход исходного для процесса этногенеза этнокультурного многообразия в целеустремленное однообразие.
Но она может и расплескаться, не слившись в единый поток..." Надо отметить, что поддержание высокого уровня пассионарности нации для обеспечения ее выживания настолько важно, насколько и не понято. Это понял тысячи лет назад один из, безусловно, великих народов - евреи. Они специально и искусственно поддерживали высокий пассионарный национальный модус путем создания специальных стрессовых и мобилизующих условий его исторического бытия, начиная от исхода древних евреев из Египта, кончая его жизнью в постоянном враждебном окружении. Образ всегда имеющегося врага, угрожающего самому существованию этноса так же является пассионарным стимулом, как им является "свобода", внешняя агрессия, специально культивируемые комплексы расовой, религиозной, национальной ненависти (фобии), комплексы национальной неполноценности. "Основной тезис этнологии диалектичен: новый этнос, молодой и творческий, возникает внезапно. Он ломает обветшалую структуру и обездушенный, утративший способности к творчеству, быт старых этносов. Он в грозе и буре утверждает свое право на место под солнцем.

В крови и муках он находит свой идеал красоты и мудрости, а потом, старея, он собирает остатки древностей, им же некогда разрушенных. Это называется "возрождением", хотя правильнее сказать "вырождением". И если новый толчок не встряхнет дряхлые этносы, то им грозит превращение в реликты. Но толчки повторяются, хоть и беспорядочно, и человечество существует в своем разнообразии".

Если этносы, а тем более их усложненные конструкции - суперэтносы живут в своих экологических нишах - вмещающих ландшафтах, то кривая этногенеза отражает их развитие достаточно полно и у них есть серьезные шансы прожить свои 1200- 1500 лет.

Если происходят крупные миграции, сопряженные с социальными, экономическими, политическими и идеологическими феноменами, да еще при различном пассионарном напряжении этносов, участвующих в событиях, то возникает проблема обрыва или смещения прямых направлений этногенеза, что всегда чревато неприятными или даже трагическими неожиданности для этих участников. При таких коллизиях проигравший (при этом совсем не всегда заведомо слабый) этнос, как правило, исчезает. Если он не исчезает, то процесс его этногенеза восстанавливается, но в теле его остаются рубцы и память об утратах, часто невосполнимых.

Суперэтнические контакты порождают нарушения закономерности развития. Их следует учитывать как объективные зигзаги и необходимые составные части этногенеза конкретного суперэтноса, так как никто из них не живет одиноко на нашей планете, а отношения между соседями бывают разнообразными. При взаимодействии двух суперэтнических систем задача может легко решаться противопоставлением "мы (наши) - они, не наши (враги)", но при трех и более, решение получить трудно.

Россия сегодня находится именно в такой ситуации, то есть практически в прямом соприкосновении с североамериканским суперэтносом, и в прямом непосредственном соприкосновении с суперэтносами Китая, Европы и Ислама.

По поводу этнических контактов Лев Гумилев отмечал, что "последствия смешения этносов всегда разнообразны, ибо зависят от ряда обстоятельств:

1. Характера взаимодействия того или другого этноса с окружающей географической средой, ибо от этого зависят способы ведения хозяйства, которые вызывают либо симбиоз, либо соперничество.

2. Соотношения фаз этногенеза обоих компонентов. Фазы могут совпасть или нет, а в последнем случае более пассионарный этнос давит на соседа независимо от личного желания его представителей, даже вопреки их воле.

3. От комплиментарности, проявляющейся при совмещении культурно-психологических доминант и которая может быть позитивной или негативной. Знак комплиментарности проявляется в безотчетной симпатии или антипатии на популяционном уровне.

4. Перспективности контакта, ибо он может вести либо к ассимиляции одного этноса другим, либо к элиминации, а проще - к истреблению одного этноса другим, либо к слиянию двух этносов в третий единый - это и есть рождение этноса". Уже только эти положения теории этногенеза заставляют нас глубоко задуматься по поводу того, что может ждать Россию в недалеком будущем в результате ее контактов с современными нам суперэтносами и "чего от кого надо ждать". Другими словами, оценка этого фактора должна дать нам выводы о стратегии России в XXI веке.

Необходимо сказать еще об одном важном свойстве этносов - о возможности их регенерации и о возможности "вторичной кристаллизации этногенеза". Лев Гумилев пишет об этом так: "Время врачует самые тяжкие болезни этносов. И наступает выздоровление, когда происходит процесс вторичной интеграции или, вернее, регенерации".

Мы считаем, что это свойство крайне важное само по себе, скоро может стать нашим российским "упованием", то есть последней надеждой национального возрождения.

Взаимоотношения суперэтносов

История человечества убедительно показывает, что контакты на уровне суперэтносов - дело совершенно обычное, объективное и необходимое. Но эта же история говорит нам о том, что эти контакты могут проходить по разным сценариям, а их результаты иметь разные последствия. Разность последствий таких контактов прямо зависит от степени комплиментарности самих суперэтносов. Если комплиментарность этносов позитивна, то наиболее вероятен контакт, приводящий в итоге к взаимному обогащению и даже слиянию этносов, а в идеале - и к образованию нового суперэтноса. Если комплиментарность негативна, то контакты суперэтносов могут носить, и, как правило, носят характер антагонистического столкновения. Это значит, что различия при контактах столь велики, что "чужое" кажется "противоестественным и диким", а возникающий в результате столкновения стереотип поведения суперэтносов формируется по линии брезгливого отторжения ценностей друг друга. Все это может привести к обоюдному уничтожению этносов (суперэтносов), так как они обоюдно считают своих оппонентов "нелюдью" и отказывают представителям противоположного лагеря в праве на жизнь.

О химерах и антисистемах

Еще одним примером и частью теории этногенеза, представляющейся нам важной в плане рассматриваемой проблемы, является учение о химерах и антисистемах, как феномене контактов суперэтносов и их культур.

Лев Гумилев отмечает, что при столкновении этносов с разной комплиментарностью может насильственно образоваться химерная целостность, которая всегда оказывается неустойчивой. В ареа лах столкновения этих этносов, где базовые генетические национальные (суперэтнические) ценности, а значит, и поведенческие стереотипы неприемлемы с обеих сторон, повседневная жизнь теряет свою обязательную целеустремленность и люди начинают метаться в поисках смысла жизни, которого они никогда не находят, пока не определятся окончательно со своей личной и суперэтнической идентификацией. Для доказательства правоты и корректности тезиса вспомним наше собственное состояние национального унижения и растерянности от итогов "холодной" войны, "дикой демократизации" последнего десятилетия минувшего века, ельцинской "свободы" и приватизации национального достояния ворами от власти, насильственной вестернизации нашего бытия и национальной культуры. "Идеал меняет знак" - так рождаются философские концепции, отрицающие диалектику жизни (развитие жизни через жизнь и смерть), которые мы обозначаем как ереси и которые тоже являются, по сути своей, упрощающими антисистемами.

Так могут родиться и геополитические антисистемы - химеры. Они являются результатом первоначально кажущихся успешными попыток насильственного слияния суперэтнических систем, когда этносы, принадлежащие к разным суперэтносам, живут в одном ареале, пронизывая друг друга, но практически не смешиваясь.
Вспомним, что США, Россия, Китай, Европа и Ислам являются суперэтносами, взаимная комплиментарность которых неоднозначна. Лев Гумилев полагал, что: "Для появления устойчивой антисистемы необходимы два параметра: упадок, например момент перехода из фазы в фазу местного этногенеза, и внедрение чужого этноса. Пусть даже обе системы будут перед началом процесса положительными и творческими как в плане экологии, так и в аспекте культуры. Совмещаясь, они порождают антисистему, явление побочное, возникающее помимо воли участников". Сегодня в России наблюдается явный упадок, а внедрения чужого этноса мы можем ожидать (с учетом наших прогнозов развития Китая или действий радикального Ислама) уже довольно скоро. Правда, нас может утешать сознание того, что западные суперэтносы к нам не придут, а чуждые нам либеральные мировоззрения в российском суперэтносе не смогли укорениться.

Китай практически не несет никакой идеологии, так как не имеет ее сам (кроме Китаецентризма), а конфуцианство, несмотря на всю его этическую положительную мощь, у нас всегда будет восприниматься как экзотика. Китай смертельно опасен России только своим физическим (внешним) нашествием. Единственно серьезной и смертельной опасностью для России и ее суперэтноса является его внутренняя радикальная исламизация.

В случае столкновения Китая и (или) радикального Ислама с не готовым к этому контакту российским суперэтносом на пространствах России появится суперэтническая и геополитическая химера.

Химерность этого возможного образования может закончиться только аннигиляцией российского великого суперэтноса и исчезновением России как самостоятельной цивилизации. С точки зрения культуры
феномен антисистемы, по мнению ученого, заключается в том, что "идеологическое воздействие иного этноса на неподготовленных неофитов действует подобно вирусным инфекциям, наркотикам, массовому алкоголизму. То, что на родине рассматривается как обратимое и несуественное отклонение от нормы, губит целые этносы, не подготовленные к сопротивлению чужим завлекательным и опьяняющим идеям".

Лев Гумилев считал, что для антисистемы как "системы негативной экологии" характерны:

- неприятие действительности, тот есть метафизический нигилизм;
- возведение лжи в основной принцип действий ("истина и ложь не противопоставляются, а приравниваются друг к другу");
- сектантство, конспиративность и абсолютная внутренняя дисциплина;
- принцип - "цель оправдывает средство";
- жизнеотрицающее мироощущение, патологическая жестокость и наслаждение самим фактом насилия и разрушения;
- ненависть к иным;

- безальтернативность существования их адептов, для которых их личная смерть "во имя" есть только условие попадания в рай, и так далее. К исторически известным антисистемам ученый относил секты катар, богомилов, павликиан, карматов, исмаилитов, манихеев, иезуитов, а также учение гностицизм как философию и логику жизнеотрицания. Надо сказать, что история доказала бессмысленность компромиссов с антисистемами, попыток договориться с ними или исправить их. История дала нам только один эффективный способ борьбы с ними. Это полное и бескомпромиссное физическое уничтожение антисистем, их инфраструктур и носителей идеологии. Современной антисистемой является международный терроризм. Мы видим как рак современной антисистемы терроризма и ваххабизма поглощает здоровые клетки человечества.

Лев Гумилев считает, что пассионарная (биохимическая) энергия, как и всякая энергия, имеет два полюса. На этногенезе биполярность сказывается тем, что поведенческая доминанта может быть направлена в сторону усложнения систем, то есть в сторону созидания, или в сторону упрощения систем, то есть в сторону стагнации и их снятия, саморазрушения (известно, что пределом упрощения является вакуум).

Представляются корректными некоторые аналогии с природой и естественными науками. Мы имеем в виду неслучайное природное разнообразие живых существ и видов жизни, так как очевидно, что только наличие этого разнообразия и делает биосферу биосферой, а утрата даже одного вида жизни не только обедняет природу, но и может поставить всю систему на грань выживания. Математика и физика говорят нам, что любая система теряет устойчивость при переходе к одномерности. Чем в каждой системе больше точек, узлов, системообразующих стволов и самих систем, тем устойчивее метасистема. Мир должен быть маневренным, иметь много измерений и возможно большее число степеней свободы, так как от этого прямо зависят его возможности развития и качество выживания. Тогда при утрате или исчерпании одних возможностей у него всегда останутся или будут существовать новые, непройденные пути.

Это значит, что любая "однополярность" просто противоречит логике существования природы, социума и цивилизации. Мир и его новая архитектура не должны выстраиваться как система "полюсов", или "центров силы". Он должен стать миром "равно уважаемых миров". Этот тезис является сегодня особенно актуальным, так как мы живем в то время и присутствуем (участвуем) при геополитическом процессе, сутью которого является настойчивая попытка США насильственно установить "собственную однополюсность" мира.

Таким образом, мы постарались изложить основные положения теории этногенеза. Далее, по мере необходимости будут приводиться другие положения этой теории, в том числе дана краткая характеристика фаз этногенеза рассматриваемых суперэтносов. Постараемся определить, что представляют собой взаимодействующие с Россией геополитические субъекты как суперэтнические системы.

I. Этногенез суперэтносов основных субъектов геополитических взаимодействий.
Современное состояние и прогнозы развития

Преамбула

Автор полностью разделяет взгляды, подходы и теорию Л Гумилева и считает их гениальным прозрением и нашим национальным достоянием. К сожалению, эти исследования Льва Николаевича были прерваны его смертью в 1992 году, а фактологический ряд и промежуточные выводы относительно конкретных этносов его теории был оборван на дате "2000 год".

По его оценке и по состоянию на конец XX века:

- США. Не указаны в анализе, но поскольку им всего чуть более двухсот лет то, зная их историю, можно с достаточной степенью корректности предположить, что США сейчас - в стадии перехода от "подъема" к "акматической" фазе (то есть, к "перегреву");
- Европа (Западная и Центральная). Переживает "инерционную стадию",
или стадию "цивилизации";
- Китай. Находится в стадии "обскурации" (то есть стадии распада этнической системы);
- Ислам. Находится в стадии "надлома";
- Россия. Находится в стадии "надлома".
Нам представляется, что начиная с середины XX века, после Второй мировой войны естественное развитие этносов (их этногенез) перешло к интенсивному виду (типу) развития и уже не совпадает (в отношении сроков) с теорией Л. Гумилева. Эта констатация является важной, так как наш великий ученый уже не успел осмыслить новейшие глобальные явления, которые внесли свои поправки к естественному развитию всех без исключения этносов, наций и государств.

К таким новым факторам и тенденциям развития можно отнести ставшую очевидной конечную исчерпаемость планетарных природных ресурсов и деградацию большинства вмещающих ландшфтов, глобализацию человеческого бытия, в том числе и его информационную прозрачность, геоэкономику, практически стирающую национальные политические границы, рост численности населения государств "третьего мира", диффузию этносов и рас, практически неуправляемую миграцию огромных масс населения в направлениях Юг - Север и Восток - Запад, резкое различие реальных уровней развития научно-технического прогресса и уровня жизни населения "богатых" и "бедных" государств, повсеместный рост напряженности цивилизационных противоречий и так далее. Эти новые факторы и тенденции развития резко ускорили ритмы и темпы исторического развития мира и одновременно - темпы "созревания" этносов. Другими словами, то, что раньше вызревало веками, сегодня созревает уже поколениями, а весь цикл этногенеза "от рассвета до заката" этносов сокращается. При этом возможности утраты пассионарности или ее возрождение во многом обусловливается внешними факторами бытия этносов, и особенно суперэтносов и их исторической генетикой. Они прямо зависят от давления на них внешней среды, и особенно от силы организованного давления на них их геополитических и цивилизационных оппонентов.

Напряженность жизни старит этнос и суперэтнос преждевременно
(как и человека). Это значит, что при крайнем напряжении своего бытия суперэтнос может прожить весь цикл своего этногенеза как бы экстерном, то есть уместить его в нескольких поколениях. Эти выводы сформировали несколько важных вопросов, на которые в мировой современной политологии пока не нашлось ответов. Приведем их.

1. Что ждет Америку и что ждет в связи с этим Россию? Сложился ли уже в США новый этнос, то есть американский народ? Если "да", то какой именно субэтнос - англосаксы, афроамериканцы, латиноамериканцы и так далее - будет в обозримой перспективе там доминировать? Иными словами, какая нация в США - титульная? Этот вопрос и ответ на него представляется крайне важным, так как каждый этнос (нация) имеет свой набор базовых ценностей, ментальность, национальную психологию, национальный темперамент, уровень пассионарности и стереотип поведения. А это значит, что каждый этнос (нация) имеет и собственные представления о стратегических направлениях развития своего государства. В случае титульной нации следует учитывать и ее возможности в формировании правящей элиты. На войнах пассионариев всегда убивают, и убивают в первую очередь. Это важное обстоятельство, так как, согласно теории Л. Гумилева, само наличие (и количество) обладающих пассионарностью членов данного этноса прямо свидетельствует о способности этноса к этногенезу(развитию) и о его творческом и цивилизационном потенциале. В этом плане сегодня возникает целый ряд вопросов, связанных с проблемой оценки пассионарности суперэтносов. Так, например, является ли прямым проявлением высокого уровня пассионарности сегодняшний милитаризм США, их явная агрессивность и поиск точек приложения своих военных мускулов? Как, декларируемая президентом Бушем борьба с мировым терроризмом скажется на этногенезе и уровне пассионарности этого этноса?

Американская военная, техническая, экономическая и информационная мощь возрастает. Увеличивает ли она пассионарность нации, ослабляет ли ее или делает просто другой?

2. Что ждет Россию в отношениях с радикальным Исламом? Сегодня ответ на этот вопрос исключительно важен, так как радикальный Ислам - Ближний и Средний Восток - становится проигрывающей стороной. Физическое уничтожение явных пассионариев - террористов, с одной стороны, явно уменьшает пассионарное напряжение этих народов. Но с другой стороны, их явная и открытая принародная жертвенность не может не увеличивать пассионарность народов. Что же ждет нас в отношениях с радикальным Исламом, и что мы должны делать в связи с уже начавшейся его экспансией?

3. В какой стадии этногенеза находится современный Китай? Что ждет его? Что нам ждать от него? Как выстраивать отношения с ним сегодня, к чему быть готовым завтра? Как нам (и против кого) дружить? Как нам найти силы и не воевать? А если уж воевать, то как?

4. Где, в какой стадии этногенеза находится сегодня Россия? Что нам предстоит в отношениях с другими ведущими геополитическими игроками? Что будет с нами самими и к чему мы должны готовиться и на что быть способны? Как Россия сама должна развиваться? Что будет с нашим российским суперэтносом?

5. Каково будущее Европы? Каково наше будущее в Европе? И так далее, и так далее, и так далее.

Как видим, вопросов много, а ответы на них пока не ясны, так как ищутся в плоскости субъективной сиюминутности и логике современной политологии, а не в объеме и логике вековых и объективных процессов. Важно выяснить некоторые характеристики суперэтносов, связанные с взаимоотношениями внутри их, то есть взаимоотношения составляющих их субэтносов на предмет внутренней устойчивости суперэтносов, так или иначе формирующих поле основных геополитических взаимодействий.

Например, вопрос о том, есть ли что делить субэтносам разных суперэтносов?, может показаться риторическим, так как "что делить" есть всегда и везде. И тем не менее эти ответы представляются важными, так как могут дать представление о внутренней устойчивости самих суперэтносов. Это важно как при общей оценке обстановки в мире и формировании необходимых прогнозов, так и при выработке стратегий своего поведения относительно каждого из них. Итак...

- Есть ли что делить субэтносам в США? Есть. Это власть, богатство и возможности, которые сейчас находятся в своем подавляющем объеме у англосаксов.

- Есть ли что делить субэтносам в Общеевропейском доме? Ответ совершенно неоднозначен, поэтому рассмотрим этот вопрос ниже.

- Есть ли что делить субэтносам в Китае? Нам представляется, что там субэтносы "задавлены" подавляющим численным превосходством ханьцев, идеологией и государством до такой степени, что о них, как о самостоятельных этнических субъектах говорить трудно и пока что рано. Поэтому будем считать, что в Китае им делить нечего.

- Есть ли что делить субэтносам в "мире ислама"? Есть. Это влияние в "мире ислама", так как весь современный "мир Ислама" состоит из субэтносов, борющихся за влияние в нем.

- Есть ли что делить субэтносам в России? Считаем, что сегодня можно делить не столько бюджет, сколько ответственность и трудности.

Вопросов более чем достаточно. Попробуем найти на них ответы.

II. Логика этногенеза (эволюция пассионарности) Запада-США
и императивы стратегии России

а) Теория вопроса.

Согласно нашим выводам, США находятся сегодня в фазе или стадии перехода от "подъема" к "акматической" фазе, то есть, к "перегреву".

Акматическая фаза этногенеза характерна колебаниями пассионарного напряжения в системе после фазы подъема на предельном для этой системы уровне пассионарности.

Согласно нашему предположению сегодня суперэтнос США находится в акматической стадии, то есть в стадии пассионарного перегрева, который наступает, согласно теории этногенеза, примерно через 150 лет после начала явного подъема. Если считать возраст США со дня их официального образования (1776 г.), то сегодня этому государству (но этносу ли?) 234 года. Если считать временем начала образования североамериканского суперэтноса сам фаю и время завоевания Америки европейскими колонистами, то есть XVI век, можно считать, что ко времени принятия Конституции США (1787 г.) тот суперэтнос уже сложился, а сам факт принятия Конституции есть документированный факт его явного подъема.

Отсчитаем от этой даты 150 лет и получим двадцатые годы XX века, или почти что дату интервенции США против Советской России. Это значит, что с этого времени и началась та самая фаза пассионарного перегрева североамериканского суперэтноса, в которой он находится сегодня и будет находиться еще (по Л. Гумилеву) 100 - 150 лет. Отметим, что явный подъем США приходится на период начала XX века. Он заканчивается Великой депрессией. Второй подъем связан с успешным окончанием Второй мировой войны (1945 г.) и с тех пор практически не прерывался. Анализ этого феномена обнаруживает интересную картину и позволяет сделать важные выводы относительно характерных особенностей этого суперэтноса и качества его этногенной устойчивости.

Ритм постоянного подъема и сама необходимость именно в таком ритме развития диктуется самой экстенсивной моделью имперского государства (государственных предпочтений и геополитических императивов типичной "морской" цивилизации, живущей за счет колоний), а также особенностями (индивидуалистического и эгоистического в своей генетике) социально-культурного кода нации.

США, будучи общепризнанным "плавильным тиглем народов", составить их в единый этнос (в суперэтнос) окончательно так и не смогли, но зато смогли поддерживать его активное состояние и внутреннее единство за счет постоянного улучшения качества жизни. Это стало возможным только за счет эксплуатации ресурсов практически всего остального мира.

Сегодня стало очевидным, что, даже устранив своего явного и открытого глобального геополитического конкурента СССР, а теперь "заканчивая" с Россией, США на этом не успокоятся. Они будут последовательно и настойчиво "дробить Китай демократией и правами человека", не дадут "взрослеть" Объединенной Европе, будут и дальше поддерживать раздробленность мира Ислама, добиваясь своей абсолютной власти "над Вселенной".

Основными принципами реализации этой новой "американской мечты" являются: глобализация через дестабилизацию мира и дискредитацию всего национального, ложь и двойные стандарты как признанное право сильного, элиты отдельно - народы отдельно, монопольное управление всеми жизненно важными ресурсами планеты, не только нефтью и газом, но и лесом, пресной водой, морепродуктами и даже чистым воздухом. Для этого США уже готовятся соответствующие военная и технологическая инфраструктуры.

Весь трагизм и одновременно фарс этой "мечты" и ситуации заключается в том, что политическая, экономическая, силовые и специальные элиты США так думают и всерьез уверены в том, что это возможно и что это будет продолжаться вечно. А это не так.

Грех гордыни всегда наказуем, и это наказание может наступить довольно скоро, так как в действительности, "такая Америка", то есть США, способные предложить миру только свои необеспеченные доллары и собственные гипертрофированные военные мускулы, уже никому не нужна, и скоро мир не только поймет это, но и станет жить своими мозгами. Тем не менее, констатируем главное: США не могут жить и существовать иначе, чем только грабя других.

Этот процесс должен поддерживаться постоянно и любой ценой, так как объективное ухудшение условий жизни населения США почти неизбежно приведет к утрате всякой суперэтнической идентичности, и этот суперэтнос расколется на враждующие этносы, из которых он сложен. А наряду с англосаксами, афроамериканцами, латиноамериканцами там есть много других этнических общностей. Так, например, среди граждан США насчитывается десять миллионов китайцев и более шести миллионов мусульман. Другими словами, этносы, имеющие в своей собственной этнической генетике разные шкалы базовых ценностей, объединяемые почти исключительно проблемой общего потребления, могут начать вести междоусобную борьбу, вплоть до гражданской войны, уже с началом первых серьезных экономических трудностей.

Кроме того, этногенез североамериканского суперэтноса (США) будет неизбежно осложняться проблемой его титульной нации. Эта проблема состоит в том, что США были созданы и основаны европейцами - белыми англосаксами, которые и тогда и пока еще сегодня составляют большинство населения этого государства, являясь одновременно самой мобильной, пассионарной, образованной и экономически мощной государствообразующей его частью. В настоящее время демографическая ситуация в США складывается таким образом, что белое, уже неустойчивое, большинство стремительно утрачивает свое количественное превосходство, а значит, рано или поздно это превосходство будет им утрачено и в сфере экономики, а значит, и в политике, и даже в силовых структурах государства. Первые результаты и последствия этого процесса станут очевидными уже к середине этого столетия. Приход к власти в единственной супердержаве других этносов, например, афроамериканцев или латиноамериканцев, повлечет за собой крайне важные и тревожные последствия. Во-первых, может начаться серьезный экономический спад, обусловленный собственно внутренними проблемами, например проблемами ухудшающегося управления или нехваткой ресурсов. Во-вторых, ухудшится состояние вооруженных сил США, что немедленно скажется не только на их боевой мощи, но и на всей системе военного присутствия, которое начнет сворачиваться.

Этот процесс может начаться с "исхода" США из Европы, потом из Азии и будет неудержим. Но самое тревожное может ожидать США внутри собственного континента, так как согласно теории этногенеза фаза перегрева характерна тем, что "после некоей красной черты пассионарии ломают первоначальный стереотип поведения. Они перестают работать на общее дело, начинают бороться каждый сам за себя. ... В конечном счете пассионарный перегрев может погаситься только кровью".

Отметим для себя этот факт и вернемся к теории.

Рассматривая в этом плане нынешнюю воинствующую модель поведения США, можно сказать, что оно есть следствие пассионарного напряжения (фазы перегрева) североамериканского суперэтноса. Такая модель поведения при доминанте великодержавной спеси, алчности, стяжательства и национального эгоизма связана с присущей именно США социально-культурной традицией. Для того чтобы не взорваться изнутри, США выпускают в том числе и пассионарный пар "во вне", одновременно решая таким образом как задачи внутренней стабильности через консолидацию нации внешней опасностью, так и задачи геополитические открытой силовой экспансией.

Акматическая фаза этногенеза недолговечна. Пассионарность, как огонь, и греет, и сжигает. Лев Гумилев отмечает, что "при переходе фазы пассионарности в акматическую стремление к расширению ареала наступает столь же неуклонно, как закипание воды при 100 и нормальном давлении". Сегодня расширить ареал просто так, то есть прямо завоевать территорию уже не нельзя, но можно "освоить ее в виде "зоны национальных интересов" с военным присутствием или даже без него. Примером того, как можно использовать императивы этой фазы для нужд собственной геополитики, являются современные действия США, "умудрившихся" превратить собственную трагедию 11 сентября 2002 года в повод для трагедий других государств. Это - верх цинизма. США присвоили себе право на легитимизацию насилия, на проведение "гуманитарных" бомбардировок, и все это в том числе и за счет нас. Практически они завершают сегодня геополитическое оформление результатов своей победы в "холодной войне". Другими словами, поведенческая доминанта североамериканского суперэтноса и его пассионарность, обеспеченная достигнутым реальным превосходством в экономике, военной силе и информационных возможностях супердержавы, направлена сегодня на упрощение системы взаимоотношений человечества, причем в самых эгоистических целях, то есть на формирование однополярного мира Pax Americana. Более того, мы присутствуем при новой ценностной реформации (а реформации, по Л. Гумилеву, есть индикатор надлома), когда:

- западные "демократические" ценности "для всех" заменяются западными же "общечеловеческими" ценностями "для продвинутых и избранных", а эти отменяются американскими (США) ценностями "собственной выгоды во имя себя";

- когда знак (стереотип поведения) и ценностная ориентация сменяются на "упрощение" через физическое уничтожение "сложностей". В этом случае сильная, пассионарно перегревшаяся нация, находит выход излишков энергии в борьбе с "мировым терроризмом", а не в физическом захвате территорий или прямой колонизации. Хотя сегодня это не столько невозможно, сколько не нужно, так как достигается другими методами и в рамках "мирового права".

Государственная практика США сегодня привела к тому, что политическая корректность больше не является обязательным принципом политики и дипломатии.

Все большее значение приобретает "право силы", что, например, в Косово привело к полному Натовскому бандитизму.

Но бандитизм не заложен Богом в природе взаимоотношений людей между собой. Преступления противоестественны не только в отношениях людей, но и государств, а поэтому подлежат наказанию. Так были наказаны Германия и Япония в 1945 году. Будет наказана и Америка (США), так как грех алчности, права силы и гордыни, в которые она впала и чей культ насаждает, не может не обернуться на нее саму. "Карфаген должен быть разрушен", и он рухнет сам, как образование мощное, но априори преступное. Заглядывая в историю, надо сказать, что жители Карфагена жили хорошо, так как Карфаген грабил весь Эллинский мир и поэтому был богат. Более того, об этих грабежах знали все его жители, которые одобряли и даже гордились этим как своей особой национальной политикой. Правда, похоже на США сегодня? Кончилось тем, что в истории человечества Карфаген остался только как синоним жадности, алчности, разбоя и грязных интриг. И более ничего! Эта эгоистическая этика диктует новый стереотип поведения, который, в свою очередь, ведет к упрощению системы, то есть к конечной деградации не только внешней для США среды, но и собственного суперэтноса. Это означает, что не все вечно, и, приняв за закон презрение к остальному миру и возможность (право) насилия над ним, нельзя исключить из этого насилия и собственный народ. Сейчас уже можно наблюдать начало процесса по "свертыванию" демократии внутри США и процесса тотальной милитаризации социального бытия и психологии североамериканского суперэтноса. Кроме того весь остальной мир может сплотить ся не "за что-то", а "против кого-то", хорошо зная, что этот "кто-то" есть США.

Теория этногенеза говорит также и ( том, что в акматической фазе "кристаллизуется оригинальный для каждого случая стереотип не только поведения, но и мировосприятия и мироосмыспения - то, что мы называем культурным типом". Не будем здесь описывать североамериканский культурный тип, так как уже касались этой темы. По нашему мнению, культуры как таковой, то есть соизмеримой с европейской или русской культурами, в США так и не сложилось. Мы связываем этот печальный феномен не только с молодостью североамериканского суперэтноса, но также и с тем, что изначальный конгломерат национальных культур его субэтносов не сплавился в единую культуру, как не стал монолитным и сам суперэтнос. Мы связываем это с тем, что изначальными приоритетами в подходах к формированию всех сфер национального бытия, в том числе и культуры, стали приоритеты их развлекательности и коммерческой выгодности, а значит, массовости и неизбежного потакания вкусам плохо образованных людей, объединенных поиском "кайфа", а не глубоких чувств и мыслей, что, кстати, как и потребление, является почти единственной национальной ценностью, объединяющей субэтносы этого суперэтноса.

Тем не менее в США сложился некий облик "среднего американца", который представляет из себя "довольного своей жизнью, работой и семьей, подчеркнуто патриотически настроенного, законопослушного исправного налогоплательщика, озабоченного исключительно проблемами собственного бытия". Не будем добавлять к этому официальному "светлому образу" много других красок, скажем только о том, что американцы в своем подавляющем большинстве просто хорошие, работящие и честные, но плохо образованные люди, свято верящие в свою демократию и в то, что "Америка превыше всего", и чей кругозор и интересы не простираются дальше границ их штата. Но, к сожалению, страной управляет элита, которая готова "к войне за Американскую мечту, до последнего сомневающегося в необходимости ее победы".

Кроме того, Лев Гумилев предупреждает, что "повышенная пассионарность суперэтнической системы дает положительный результат (успех) только при наличии социокультурной доминанты - символа, ради которого стоит страдать и умирать. При этом желательно, чтобы доминанта была только одна. Если их две или три, то они накладываются друг на друга и тем гасят разнонаправлен-ные пассионарные порывы... Но даже без такой интерференции может возникнуть анархия за счет эгоистических действий сильно пассионар-ных особей. Усмирить или запугать их очень трудно; подчас их легче просто убить".

Наверное, политическая элита США имеет представление об этих процессах и пытается найти мощные стимулы (по пути формируя и непосредственные поводы)национального сплочения и новой объединяющей идеи, так как очевидно, что ни "демократия", ни "Американская мечта" уже не работают. Сегодня элита США, соблазняя нацию идеей "избранности", одновременно сплачивает ее наиболее действенным и коротким образом - "страхом мирового терроризма".

Но "страх" проходит, и его надо поддерживать еще большим страхом. Необходимость этой страшной, дурной и абсолютно безнравственной бесконечности национального (внутреннего) запугивания собственного народа его же элитой не может не привести в конечном счете (и достаточно скоро) к прозрению нации и поиску соответствующих ответов и виновников. Дальнейшая логика такова. История учит, что превратить патриота (то есть человека, любящего своих) в националиста (то есть человека, ненавидящего чужих) достаточно просто. Надо только показать пальцем на "врага" и сказать: вот он. Применительно к США очень скоро может статься так, что этим "виноватым" может оказаться все белое население государства, так как именно оно сейчас у власти, и именно оно говорит "вот он - враг", показывая пальцем на "небелых и мусульман", то есть на тех самых, которых в стране будет все больше и больше.

Более того, генетически эгоистическая этика североамериканского суперэтноса сформировала точно такую же этику и у субэтносов его составляющих, правда, осложненную комплексами исторического этнического унижения и расовой несправедливости. Это значит, что пассио-нарность лидеров этих субэтносов, а также и самих этих этносов, будет носить негативный и первоначально разрушительный характер. Так что нам ждать от США и к чему мы должны быть готовы? Для того чтобы сформулировать ответ на эти вопросы, надо вернуться к тем, которые мы поставили (относительно США) в начале этой работы. При формулировании ответов надо исходить как из анализа этногенеза североамериканского суперэтноса, так и анализа современного состояния США. С учетом этого и с учетом всего прозвучавшего выше, наши ответы таковы.

1. Выброс избыточной пассионарности США "во вне" сегодня почти автоматически рождает ответную пассионарность у объектов ее применения. Эта ответная пассионарность имеет долгосрочный характер. Именно этот "американский" фактор способствует возрождению этно-генной активности мусульманского мира и дает ему новый шанс ощутить себя новым и единым суперэтносом, что не может не сказаться кровавыми конфликтами в дальнейшей мировой истории.

2. Привычка к бесконтактной войне "на кнопках" и упование исключительно на свое подавляющее технологическое военное превосходство действует развращающе на всю Америку.

Это развращает политиков США, которые не понимают, что любые "виртуальные" войны, или "войны - удары - спецоперации", есть дело, может быть, внешне и телевизионно эффектное и "красивое", но неэффективное, так как их довольно быстро обнаруживаемая изначальная порочность всегда не дает ожидаемого результата в долгосрочном плане и, наоборот, в конечном счете ухудшает ситуацию, в том числе и для самих США.

Это развращает и самих американских военных, так как отучает их от необходимого на войне чувства непосредственной опасности, рождает в них уверенность, что можно воевать "не напрягаясь" и без потерь, делает их неспособными к долговременной боевой работе непосредственно в поле на театре войны. Более того, это уже сделало их неспособными к осуществлению натиска, то есть к непосредственным действиям войск на поле боя, который один и решает исход как битвы, так и войны, так как выиграть ее можно, только контролируя территорию противника. Это делает армию неспособной к сражению в условиях непосредственного соприкосновения с противником, а значит, и в той конечной "свалке - штыковой атаке", которая одна и дает настоящую победу в бою. Надо отметить, что руководство вооруженных сил США в целом все это сознает, но поправить положение дел уже не может, так как главные стереотипы собственно военного поведения уже сложились и приняты нацией как эталонные. Все это значит, что общая психологическая уязвимость военных, сочетаемая с реально существующим и активно культивируемым в армии и обществе комплексом "суперменства", может привести к тому, что уровень и качество принимаемых решений уже не будут адекватными складывающейся обстановке. Это значит, что довольно скоро у самих военных может наступить некое, конечно тщательно скрываемое, разочарование в собственной боевой эффективности. Этот симптом, безусловно, будет обнаружен американскими и мировыми СМИ, и уж они постараются довести до сознания населения, что простому налогоплательщику не нужны такие огромные военные мускулы, которые не только безумно дороги, но к тому же еще и неэффективны. Этот тезис, безусловно, будет населением понят и принят. Кроме того, пассионарность американской армии, во многом уже утраченная во Вьетнаме, продолжает размываться современным контрактно-утилитарным духом самой военной системы, нахождение в которой ее членов все больше является временной работой в национальной корпорации и все меньше собственно службой отечеству. Трагедия заключается здесь в том, что для такой армии пассионарность ее бойцов не нужна, что, по нашему мнению, нетерпимо даже в мирное время. Это особенно развращает сам североамериканский суперэтнос, снижает его этническую толерантность, провоцируя в нем цивилизационные противоречия и снижая общий иммунитет нации к возможным и неизбежным трудностям собственного бытия. Упование на собственную безопасность делает этнос рыхлым, неспособным к мобилизации, длительным напряжениям и национальным усилиям, что в конечном итоге делает его нежизнеспособным.

3. Эти особенности "национальной охоты на противников" США не увеличивают пассионарности североамериканского суперэтноса. Они делают ее другой, негативной. Полная информационная зависимость населения США от собственных СМИ формирует его устойчивую привычку жить навязываемыми, а точнее, продаваемыми ему иллюзиями, что делает национальную психологию зависимой и неустойчивой настолько, что внезапное "прозрение народа" может привести североамериканский суперэтнос и США, как государство-империю, к национальному краху.

4. Современные тенденции развития североамериканского суперэтноса носят этногенетический долговременный и необратимый характер, что грозит ему вырождением в локальную, ограниченную рамками Америки антисистему-метрополию. Эта антисистема не имеет шансов на исторически долговременное существование. Она будет постоянно порождать все усиливающееся неприятие "перспектив прозябания во имя Америки" всего остального мира, которое будет перерастать в повсеместное скрытое сопротивление, с его переходом к активному и прямому глобальному противостоянию. В этом противостоянии на стороне США (рано или поздно) останутся только они сами.

5. Организованный американской империей себе самой "мировой бойкот" может привести к разработке нового мирового "континентального" права, к созданию новых "континентальных" (в рамках Евразии) рынков и формированию новых международных экономических и финансовых структур, а также альтернативных существующим, новых систем мировой и региональной безопасности, которые заменят все те международные организации, в которых сегодня доминируют США. Все это неизбежно покончит с США как единственной сегодня "тоталитарной демократической империей". Кроме того, навязываемый миру американоцентричный глобализм породил новые негативные тенденции развития планетарного бытия, ведущие к самоуничтожению человечества. В области геополитики это открытое и наглое перераспределение ресурсов планеты в пользу меньшинства, то есть в свою пользу. Притом что этот процесс не сопровождается даже видимостью морального оправдания, так как это сегодня уже не требуется, или политикой "подачек". Очевидно, что в этом случае выживание "утопающих", опоздавших и несогласных, есть дело рук самих "утопающих", а тот факт, что их абсолютное большинство населения планеты, остается их "личной трагедией".

В области отношений этносов - это превращение Запада в закрытое расовое общество, при одновременном геноциде других миров. В области глобальной экономики - это ускорение исчерпания ресурсов планеты путем их экстенсивной разработки, "после нас - хоть потоп".

В области культуры человеческой цивилизации - это последовательное уничтожение национальных культур, фундаментальных наук, гуманизирующей составляющей искусств и разрушение человеческой нравственности. Этот процесс уже сделал Запад "творческим импотентом". Ведь не секрет, что Запад в своей суете вокруг прибыли практически утратил способность формулировать Большие цели и Большие идеи и что все действительно инновационное вывозится им с Востока. В области человеческой нравственности - это разобщение человечества, атомизация человеческого общества и снижение уровня его целей, идей и задач, а также примитивизации мотивов его бытия, что сводит все человечество до уровня "управляемого голодом и похотью стада". Насильственный слом национальных идеалов и авторитетов. В области управления глобальными социальными процессами - это примат силового тоталитарного стиля при решении задач любого уровня.

В области международных и межгосударственных отношений - это полный цинизм, правовой беспредел, жестокий прагматизм и подчеркнутая безнравственность замыслов и действий. В целом - грех гордыни довел США-Запад до того, что он считает себя единственной социокультурной системой, способной формировать "правильные идеи" и "правильных" людей, которые только одни и должны жить достойной жизнью избранных, а весь мир это должен обеспечивать.
 

Важные выводы

1. Тоталитарность "демократической империи" подчеркнута нами не случайно. Она проявляется в стратегии двойных стандартов, успешно применяемой США на протяжении уже нескольких десятков лет, а также в полном подчинении политики, экономики, культуры, социальной сферы и морали нации, а сегодня и мира требованиям американских (транснациональных) корпораций "немедленной выгоды любым путем". Двойные стандарты политики США отражают достаточно парадоксальный феномен реального "раздвоения" бытия США на "внутреннюю" и "внешнюю" компоненты. "Внутренняя компонента" политики США ориентирована на внутреннее потребление и на "продажу имиджа во вне". Она основывается на классических принципах демократии и рыночной экономики. Умелое манипулирование демократической терминологией (при наличии безусловных достижений в экономике и внутренней правовой сфере), а также подчеркнуто повышенные стандарты и требования к качеству уровня жизни и потребления внутри страны создали у самих граждан США и у населения практически всех "цивилизованных" государств мира устойчивую иллюзию безальтернативности именно такой модели своего национального развития.

Но сегодня становится все более очевидным: "Что для Америки хорошо, то миру - смерть". Этот вывод очевиден при рассмотрении сути "внешней компоненты" политики США.

"Внешняя компонента" политики США целиком и полностью ориентирована на требования "выгодности бизнеса" транснациональных корпораций и подчинена исключительно задаче достижения национального благополучия за счет всего остального мира.

Сегодня эта политика проводится практически открыто. Демагогические идеологические завесы теперь требуются и используются США исключительно для того, чтобы создать (в основном у их атлантических союзников и у простых американцев) иллюзию политкорректности собственного неприкрытого разбоя и оправдать его "насущную необходимость для мира".

Тоталитарность США во внешней сфере проявляется в установлении их абсолютной гегемонии в мире и нацелена на создание таких условий, при которых реальная сегодня "аме-риканоцентричная однополярность" мира будет признана им, а все действия США будут всегда единогласно и с энтузиазмом поддерживаться "благодарным человечеством", в умышленном и целенаправленном разрушении США существующего международного права и дискредитации мировых структур безопасности и сотрудничества, в игнорировании решений и требований международной общественности, в навязывании миру собственных представлений о том, "что такое хорошо и что такое - плохо", во введении в реальную политическую практику принципа "примата военной силы", в силовом формировании виртуальной экономики, возглавляемой американским "паразитическим" капиталом, и так далее. Для увековечивания американской модели бытия по формуле "мир должен гордиться тем, что его имеем мы" США будут и дальше развивать тоталитарные начала своей государственности, постепенно свертывать внутреннюю демократию, оставаясь в рамках национальных демократических институтов, а также будут продолжать разрушать нашу цивилизацию физически и разлагать общечеловеческую мораль, доводя ее до уровня варварства.

2. Конечная порочность американоцентричной и тоталитарной глобализации мира проявляется в том,
что одной из ее основных составляющих является дегуманизация и аморализация человеческого бытия.

3. Сказанное выше позволяет сделать вывод о том, что в настоящее время существует и активно разворачивается американский либерально-фундаментальный геополитический проект, имеющий целью достижение США абсолютного господства на планете и управление миром через управление его ресурсами и возможность силового подавления всякого национального "инакомыслия" путем установления над миром своей вечной, всеобщей и открытой военно-политической диктатуры. Анализ современного состояния США и состояния этногенеза североамериканского суперэтноса позволяет сделать следующие выводы, в которых изложена и основная суть ответа на вопрос. "Что России ждать от Америки?"

1. Беспристрастный профессиональный стратегический анализ тенденций развития, принимаемых концептуальных документов, прямых и непрямых действий США позволяет предположить, что в интересах собственного выживания как единственной "демократической" империи, американское руководство уже приняло решение на завоевание собственного господства в мире и монопольное пользование ресурсами планеты. К настоящему времени в США уже созданы реальные экономические, военные и информационные основы решения этой задачи. Базовые алгоритмы и этапы, а также ожидаемая последовательность решения США своих военных стратегических задач (в логике "ястребов") представляются следующими.

Ближайшая стратегическая задача:
создание условий для беспрепятственного наращивания собственной военной и экономической мощи, обеспечивающей возможности глобального силового воздействия по противнику уровня "разобщенного ислама", подготовка общественного мнения планеты к допустимости и правовой необходимости неограниченного применения "атлантической" силы "во имя интересов мира и человечества", совершенствование геополитических и военных технологий войны, а также совершенствование инфраструктуры глобальной агрессии и безопасности собственных территорий. Ориентировочные сроки - 2000-2010(15) гг. Дальнейшая стратегическая задача: разгром и уничтожение России как главного геополитического противника США, овладение ее ресурсами и недопущение к ним всего остального мира, прежде всего Китая, практическая подготовка глобальной и аэрокосмической инфраструктуры для войны по уничтожению Китая. Реализация вооруженными силами США этой задачи может начаться со своих (международных) "миротворческих" плацдармов и баз, созданных на территориях сопредельных с Россией государств, а возможно, и на ее национальной территории. Ориентировочные сроки - 2012(15)-2025(30) гг. Последующая стратегическая задача: разгром и уничтожение Китая как последнего геополитического противника США, переход к полномасштабной глобальной военной диктатуре. Ориентировочные сроки: 2025(30)-2050(70) гг. Последующие действия стратегического и оперативного масштаба будут заключаться в "зачистке" цивилизационного (планетарного) поля от остатков сопротивления, в решении задачи уменьшения численности населения планеты, в отладке системы оккупационного управления "замиренными территориями" и систем "обеспечения национального благоденствия".

При этом важно отметить, что логика "голубей" подразумевает реализацию тех же задач, но в более растянутые сроки, но в любом случае их решение в течение этого (XXI) века.

2. В целом США находятся сегодня в состоянии пассионарного перегрева, который еще сдерживается и размывается как самодовольством "сытой нации", так и возможностью выброса излишков ее пассионарной энергии "за моря".

3. Взятое США на себя "бремя ответственности" по борьбе с мировым терроризмом и объявленная ему война может привести к тому, что, во-первых, вся военно-политическая практика США может свестись к масштабным, эффектным, но безрезультатным "боевым рейдам", во-вторых, будет нарастать авантюристичность принимаемых важнейших политических решений, которые будут носить все более и более силовой, односторонний и непредсказуемый характер. Эти действия всегда будут носить агрессивный характер и иметь конечные негативные последствия.

4. Прямым результатом этого может стать неизбежная милитаризация экономики, политики и общественной жизни США, что, как мы знаем из истории, является прямым признаком начала самоликвидации - сначала государственной, а затем и суперэтнической систем.

5. США будут постоянно озабочены поисками врагов как объектов применения силы; "развалом" любых альтернативных центров силы; поисками идеологического прикрытия своей явной экспансии - агрессии; созданием военных, экономических и технологических инфраструктур, дающих им возможность осуществлять полный контроль над всеми жизненными ресурсами планеты.

6. США могут в связи с этим стать опасными в их нынешнем качестве сначала всему остальному миру, а впоследствии и самим себе. Все это может привести к постепенной самоизоляции США и будет побуждать их руководителей к постепенному снижению военно-политической международной активности, а затем и к ее свертыванию.

7. Снижение внешней активности неизбежно приведет к тому, что излишки пассионарной энергии будут реализовываться в самих США, то есть на их территории и внутри североамериканского суперэтноса. Внутреннее пассионарное напряжение суперэтноса будет расти и примет вид столкновения его субэтносов. В этой борьбе субэтносов удержаться у руля государственной власти англосаксам как сегодняшней титульной нации шансов будет немного, так как по объективным причинам к середине этого века они будут составлять меньшинство населения страны. Такая ситуация в принципе чревата новой гражданской войной на североамериканском континенте.

8. Понимание такой перспективы может побудить руководителей США искать способы и варианты собственных действий, отдаляющих наступление конца империи.

9. При неблагоприятном стечении обстоятельств, то есть при дальнейшем неразумном руководстве страной и сохранении существующих тенденций развития, США могут исчезнуть как великая держава уже к середине или к концу нынешнего века. Это может случиться как в результате их собственной гражданской войны, так и в результате мировой ядерной войны. 10. Последствиями навязываемой миру антисистемной (античеловеческой) американской глобализации как способа существования суперэтноса, основанного на примате собственного абсолютного обогащения за счет обнищания всех других, может стать рост нового национализма в мире, принимающего все более расовый характер. Конечным результатом этих тенденций может стать глобальное и повсеместное противостояние "белых" против "всех остальных".

Этот новый расизм ("Американский демократический апартеид") будет усугубляться тем, что в мире будут формироваться различия между "гражданами Американской империи" и "негражданами", то есть членами "остального экономического гетто". Эти различия будут касаться и белой расы.

11. Таким образом, США после уничтожения всего, что связано с национальной самобытностью (исторические национальные ценности, культура, территория, экономика, права народов, национальные интересы отдельных государств), могут уничтожить последнюю из сегодня существующих базовую систему самоидентификации человечества - его расовую принадлежность. Создаваемый самим процессом американского "самоглобализма" мир может опять принять вид "первичного расового бульона", что с неизбежностью приведет не столько к интенсификации процессов этногенеза, сколько к наступлению нового "времени варварства", которое покончит с нашей современной человеческой цивилизацией.

В связи с этим "Американская часть" стратегии России, по нашему мнению, может иметь следующее содержание. 1. Прежде всего наша государственная власть и российское общество должны хорошо представлять себе, что: экономическое, военное и социальное усиление России не входит в планы американской правящей элиты; основные усилия США и впредь будут направлены на ослабление России, на ее распад как федеративного государства, на окружение России системой своего военного присутствия (новая редакция стратегии "выдвинутых рубежей") "серой зоной" государств - лимитрофов (все постсоветское пространство), "с удовольствием и за недорого" проводящих политику США; зоной американской экспансии в России может стать в первую очередь наша Сибирь и Дальний Восток как практически последние мировые кладовые жизненных ресурсов; освоение России наиболее вероятно будет осуществляться через дестабилизацию ее "национальных окраин" и вытеснение с территорий и из власти титульной нации, то есть этнических русских; основным проводником их влияния по-прежнему являются существующие российские элиты, которые будут призваны решать вопросы "вхождения России в мировое цивилизованное братство" путем и ценою "интернационализации" ее экономики, культуры, информационного пространства, науки и остатков государственной собственности; этот процесс будет обеспечиваться необходимой Западу государственной кадровой политикой, а также путем прямого сговора с правящими элитами, которые он (Запад) будет "разводить" с собственным народом, за право их личного допуска в клуб "сильных и избранных мира сего" и за "нетленность их вкладов там".

2. Вместе с тем сегодня США способны решать часть задач по прямому противодействию "радикальному исламу", снять с России часть бремени по поддержанию безопасности в зонах ее непосредственной ответственности в Средней Азии, а также затруднить победное развитие Китая.

3. Все это делает возможным и необходимым прагматическое партнерство России с США при безусловном примате наших национальных приоритетов и принципов сосуществования, а также при проведении Россией независимой внешней политики, направленной на обеспечение не менее пятидесяти лет мирной жизни для ее собственного национального развития.

4. В этом плане качество управления государством (особенно отработка механизмов принятия важнейших решений), качество национально ориентированной и профессионально подготовленной национальной элиты, а значит, и качество государственной кадровой политики приобретают первостепенное значение для судьбы России. Этот вывод в первую очередь касается Вооруженных Сил России, кадров ее специальных служб и всего государственного аппарата.

5. Единственным сдерживающим фактором открытой экспансии-агрессии США относительно России является наша национальная военная мощь и очевидная решимость российской государственной власти ее (при необходимости) полномасштабного применения, а также разум нации, не согласной с навязываемой ей ролью "осваиваемого ресурса".

6. Главной задачей российского общества и российской правящей элиты является масштабное и откровенное разъяснение всему миру и российскому суперэтносу существа современной ситуации и их состояния, а также недопущение дальнейшей варваризации российского суперэтнического бытия.

III. Логика этногенеза (эволюция пассионарности) Запада-Европы
и императивы стратегии России

а) Теория вопроса. Лев Гумилев определял состояние этногенеза Европейского (Западная и Центральная Европа) суперэтноса как фазу "инерционную" или стадию "цивилизации". "Фаза инерции - плавное снижение пассионарного напряжения этнической системы после надлома. Эту фазу трудно назвать "рассветом", так как ее существо заключается в растранжиривании богатств и славы, накопленных предками.

Отличительной чертой инерции является сокращение активного социального элемента и полное довольство эмоционально пассивного и трудолюбивого обывателя".
Давая характеристику инерционной фазе, Лев Гумилев отмечал: "После пережитых потрясений люди хотят не успеха, а покоя. Они уже научились понимать, что индивидуальности, желающие проявиться во всей оригинальности, представляют для соседей наибольшую опасность. Однако избежать ее можно, если сменить общественный стереотип. Достаточно лишь измыслить или вообразить идеального носителя наилучшего стереотипа поведения, пусть даже он не существует, и потребовать от всех, чтобы они ему подражали". При этом любое уклонение от общепринятого императива рассматривается как нечто одиозное, неприятное и обществом не одобряемое. Этический императив фазы: "Будь таким, как я!"

В фазе инерции способность к расширению ареала снижается, наступает пора воздействия на ландшафты собственной страны. Растет техно-сфера, то есть количество нужных и ненужных зданий, изделий, памятников, утвари, разумеется, за счет природных ресурсов. Этнос теряет связь с почвой, то есть с жизнью, и наступает неизбежный упадок. "Облик этого упадка обманчив. На него надета маска благополучия и процветания, которые современникам представляются вечными, потому что они тешат себя иллюзией о неисчерпаемости природных богатств или технической мощи прогресса. Но это - утешительный обман, рассеивающийся после того, как наступают роковые события последнего фазового перехода этноса к обскурации, то есть к этническому распаду". Так говорит теория. б) Теперь рассмотрим реальное положение и состояние дел с этногенезом европейского суперэтноса. Начнем с проблемы "стереотипа поведения".

Нам представляется, что идеальным носителем наилучшего современного стереотипа поведения в Европе (да и на всем Западе) является "золотая посредственность", которая трудолюбива и экономически благополучна, всегда законопослушна, свою страну любит и свою власть уважает, сотрудничает с местной полицией (стучит на соседей), вовремя платит налоги, любит туризм, готова говорить на тему "прав человека", демократична, толерантна к другим национальностям и культурам, регулярно ходит в церковь и верит почти всему, что видит по телевизору. В общем, вполне симпатичный и почти идеальный образ. Это идеал "общества потребления" и идеал народа, который "создан для того, чтобы им успешно управляли". Опасность таится не столько в самом облике обывателя, а в том, что при его полном довольстве и благословлении происходит сокращение активного элемента этноса - пассионариев.

Это начало негативного отбора, так как начинают все более цениться не способности, а их отсутствие, не образованность, а невежество, не стойкость во мнении, а гибкая беспринципность.

В обществе все более начинают воцаряться "жизнелюбы", способные только паразитировать на теле сытого этноса, но не способные ни создать, ни сохранить. Этот образ "плейбоев-транжир" усиленно культивируется и даже насаждается в обществе, так как помогает торговать аксессуарами, то есть приносит прямую экономическую выгоду, а именно она и есть мерило обывательского успеха. Кроме того, сегодня мы уже можем не только наблюдать, но и оценить такое трагическое проявление упадка пассионарности европейского христианского суперэтноса, как общее падение нравственных устоев общества и перерождение его базовых ценностей.

Механизм этого падения прост. Главным требованием обывателя к своей политической системе (кроме очевидных "хлеба и зрелищ") есть "гарантия личной безопасности и общественного порядка", что, конечно, совершенно справедливо. Но сегодня эта "гарантия безопасности" все чаще достигается путем снижения нравственных национальных стандартов, а значит, и стандартов социальной и нравственной ответственности, и достижением компромиссов на все более низком уровне и во все более "рискованных" сферах с представителями суб-пассионарного "дна". Так разрешаются и легализируются "легкие" наркотики, так разрешается официальным семьям сексуальных меньшинств усыновлять приемных детей, что является не только делом безнравственным, но и противоестественным, и так далее. Это делается не потому, что общество не понимает всего возможного ужаса последствий такой "либерализации нравов". Дело в том, что у закатывающегося этноса уже нет ни сил, ни желания бороться за себя. Это делается потому, что так легче, так как разрешить проще, чем запретить, и главное - это экономически прибыльно, так как открывает "новые горизонты бизнеса", что в эпоху и в атмосфере патологической алчности играет ключевую роль. Можно без большой натяжки сказать, что Европу (и Запад) погубит жадность.

Титульный этнос теряет свои позиции в сферах непосредственного жизнеобеспечения, он выдавливается из них пришлыми гастарбайтерами, которые сами начинают играть роль самостоятельного субэтноса, и сам переходит к паразитированию на чужом труде, правда, пока еще на своей национальной территории. Итог этого процесса понятен. Все предпосылки конца уже созданы, и гибель титульного этноса только дело времени.

Возвращаясь к вопросу: "Есть ли что делить субэтносам в Общеевропейском доме?" Отметим неоднозначность ответа.

Эта неоднозначность обнаруживается в следующем.

С одной стороны, можно подумать, что субэтносы Западной и Центральной Европы объединены стремлением пользоваться накопленным достоянием "настоящим образом" в рамках Общего дома. С другой стороны, уже стало очевидно, что стали появляться признаки этнического вырождения и распада этого суперэтноса. Появились признаки его перехода в фазу "обскурации", что и вызвало необходимость создания Общего дома. С третьей стороны, наличие укорененных в государственных европейских телах и чуждых западному христианству иных (исламских) активных цивилизационных плацдармов, не может не привести к возникновению серьезных, вплоть до катастрофических, коллизий внутри этого старого суперэтноса и появлению на его месте (в этой экологической нише) нового суперэтноса, стремительно вытесняющего старый "христианский мир".

Лев Гумилев отмечал, что "...самое плохое в фазе цивилизации - это стимуляция противоестественных миграций, а точнее, переселение целых популяций из натуральных ландшафтов в антропогенные, то есть в города".

В связи с тем что ситуация с миграцией представляется нам более сложной, остановимся на этом тезисе чуть подробнее. Сначала о теории вопроса.

Лев Гумилев считал, что "миграция сама по себе не антисистемна и не всегда повод для возникновения антисистемы", что "этнические миграции - процессы стихийные, увлекающие людей, которым только кажется, что они едут в чужую страну по доброй воле". Наверное, это так. Но мы можем констатировать, что сегодня миграция носит неуправляемый и массовый характер и понимается нами как особый и осознанный вид действий обреченных этносов (или их части) по обеспечению своего выживания. Мы считаем, что параллельной (долготной) миграции этносов одной генетической линии по вмещающим ландшафтам этносов той же генетической линии сегодня уже не происходит (за исключением, например, предполагаемого исхода белого населения из Европы или Америки, которое имеет шансы на выживание при его размещении на территории Канады и российской Сибири). Особенностями современного глобального миграционного процесса являются однонаправленность его потоков из бедных стран в богатые (с Юга на Север и с Востока на Запад) и односторонность: только туда, а не оттуда. Важен и тот факт, что решаются на миграцию в основном беднейшие и отчаявшиеся представители этносов, имеющие низкие личные потребности и стандарты жизни, а поэтому и лучшие шансы на выживание и готовые в буквальном смысле на все. По нашему мнению, эти "противоестественные миграции" спровоцированы Западом и приобрели сегодня планетарные масштабы, характер нового цивилизационного фактора, явления и особенности современного этногенеза. Сегодня современная миграция как диффузия этносов является видом суперэтнического контакта, который всегда будет порождать антисистемы, так как пришлый и массовый этнос, всегда имеющий чуждую ментальность, всегда будет подрывать основы существования коренного суперэтноса и вытеснять его сначала из сфер непосредственного жизнеобеспечения, а потом и из вмещающего ландшафта.

Примером такой этногенной катастрофы для титульного российского суперэтноса может явиться массовая китайская миграция (массовый исход населения Китая) в пустые пространства российской Сибири и Дальнего Востока.
Поэтому, наш главный в этом плане вывод для практики звучит так. Чтобы не стать жертвой "противоестественной миграции", надо, кроме защищающих миграционной политики и законов, иметь заполненными собственным этносом свои вмещающие ландшафты защицищать и охранять их. Необходимо проводить такую внутреннюю политику, которая обеспечивала бы престижность и экономическую выгодность освоения неосвоенного национального пространства, расширяя вмещающий-кормящий) ландшафт собственного суперэтноса.

Лев Гумилев говорил, что "инерционная фаза - это фаза торжества здорового обывательского цинизма". Правда, здесь не может не возникнуть вопрос о том, что является цинизмом "здоровым", а что "нездоровым". Нам думается, что в попытках определиться по этому вопросу мы можем найти верное понимание того, чем и как живет сегодня Европа и что ее ждет.

Представляется, что "здоровый цинизм"

- это прежде всего широкий прагматизм, в котором личное и даже национальное эго сплавляется в эго Объединенной Европы, это психология гармоничных особей, которых в Европе всегда было много. В то же время "нездоровый цинизм" - это прежде всего логика и психология субпассионариев - "хоть день, да мой", то есть особей, которых в современной Европе становится все больше.

Можно констатировать, что в современной Европе практически не осталось не только ресурсов, но и пассионариев.

Надо отметить, что этот фактор наиболее заметен в Германии, которая сделалa даже из армии еще одну федеральную военную социальную структуру.

Понимание наступающего вырождения европейской цивилизации и всей грозности идущих в Европе этногенных процессов заставляет ее политическую элиту искать варианты продления "нормальной жизни" или "варианты избежания трагического финала". К сожалению, эти поиски идут по линиям, во-первых, старых подходов: "все что не Европа, то есть - обезьяны и недочеловеки", во-вторых, новых подходов: "мы все знаем и умеем лучше, и поэтому все вы для нас всего лишь братья наши меньшие и должны всегда быть у ноги, рядом, а если это не так, то можете считать, что вас уже нет", в-третьих, взбадриванием себя оголтелым национализмом, то есть практическим обращением к фашизму. И все это - под флагом "общечеловеческих ценностей". Очевидно, что все эти пути тупиковые и гибельные.

Сегодняшнее состояние Европы, которое можно назвать состоянием "поиска новой консолидации", характерно в том числе и тем, что она стремится хотя бы обозначить свою "новую экономическую мощь, самодостаточность, неуязвимость и агрессивность" под лозунгами "политкорректности и прав человека". Конечно, Европейский Общий дом - проект перспективный во всех отношениях, в том числе и в возможности обретения некой новой идеи, способной приостановить распад суперэтноса.

Но здесь существует по крайней мере два крайне трудно преодолимых препятствия. Во-первых, наличие в теле Европе цивилизационных (суперэтнических) плацдармов все более консолидирующегося мусульманского субэтноса, то есть этноса, имеющего в своей генетике другую шкалу базовых ценностей. Ислам как основная религия и идеологическая основа этого субэтноса составляет существо его образа жизни, что делает субэтнос монолитным и управляемым. Этот субэтнос практически не смешиваем с коренным белым и христианским населением и скоро будет способен к самостоятельным проявлениям своей новой и консолидированной самоидентификации. Во-вторых, основу генетики самого европейского суперэтноса составляет ген "стремления к богатству и материальному личному успеху любой ценой".

Это уже превратило Европу из "рыцарской" в "торгашескую", а, по мнению Льва Гумилева, торгаши - бактерии, пожирающие внутренности этноса.

Христианство как религия европейского суперэтноса является уже более культурной традицией, чем верой, и не составляет существа его идеологии и образа жизни. Это обстоятельство делает суперэтнос Европы рыхлым, не способным к консолидации и длительным напряжениям и плохо управляемым. Нельзя не сказать и о том, что католицизм как одна из основных ветвей христианства волею своего исторического экспансионизма оказалась относительно православия негативно комплиментарной. Другими словами, католицизм и как вера, и как идеология исторически всегда был агрессивно негативен к православию и к России, и это также исторически всегда хорошо понималось Россией и ее суперэтносом. Более того, в менталь-ности россиян сложился негативный стереотип оценки действий католической церкви как церкви антироссийской и антирусской. Эта негативная оценка католицизма только усиливается, так как нам да и миру становится все более ясно, что католицизм вырождается в совершенно безнравственное религиозное учреждение. Это также значит, что явно ощущаемая сегодня попытка новой, беспрецедентно наглой экспансии католицизма в мир православия - на Украине, в Белоруссии и в самой России - не может позитивно оцениваться нами. Эти абсолютно характерные для Запада действия, направленные не на искоренение пороков собственной этногенетики, а на "увод" внимания своего суперэтноса от этих проблем, в том числе и путем усиленной внешней активности, не будут способствовать ни процессу взаимопонимания европейского и российского суперэтносов, ни процессу выздоровления самого Запада. В целом сказанное выше позволяет нам сделать важные выводы.

1. В существующей ситуации сам европейский суперэтнос с задачами собственного самосохранения не справится.

2. Трагедия христианского суперэтноса (Европы) заключается также и в том, что он: во-первых, начал развертывание собственного геополитического проекта ("Объединенная Европа") с опозданием; во-вторых, сам план этого геополитического проекта имел в своем существе стратегическую и гибельную ошибку, связанную с попыткой игнорирования России как основного или одного из основных европейских государств; в-третьих, сам проект построен на генетически порочных основах, предполагающих возможности позитивного этногенеза, построенного на абстрагировании от всего национального, самобытного и исторически сложившегося в угоду "политкорректности оторванных от народов и граждан наднациональных правящих элит".

3. Спасение христианского суперэтноса прямо зависит от того, насколько быстро его субэтносы поймут грозящие им опасности, а их элиты найдут в себе мужество внести поправки в политику своих государств и тем спасут себя, свои народы, европейское христианство и изменят "сумеречный" ход европейской истории. Кто же может помочь Европе?
На первый взгляд ответ очевиден. Конечно, Америка, так как Россия всегда была для Запада "не своей, но чужой". Но, похоже, что сегодня Европа становится "чужой" и Америке. Понимая всю серьезность положения, США проблемы Европы решать не будут. В лучшем случае от них можно ожидать помощи типа "Косово". Это значит, что Европа очень скоро может остаться со своими проблемами один на один. В этом плане необходимо отметить, что Западная Европа и США имеют единый культурно-исторический код, но уже разные интересы. В то же время Западная Европа и Россия имеют разные культурно-исторические коды, но единые интересы, которые все (почти без исключения) находятся и могут быть удовлетворены на континенте Евразия.

Представляется, что в принципе существует один совершенно уникальный вариант возрождения европейского (христианского) суперэтноса. Он заключается в том, что, может быть, впервые в истории взаимодействий суперэтносов возможен их позитивный и взаимоспасительный контакт. Я имею в виду позитивный контакт европейского и русского суперэтносов. Мы должны друг другу помочь.
И хотя понимание этого начинает в Европе проявляться, тем не менее, сегодня наблюдаются провоцирующие действия (агрессия) традиционно антагонистически ориентированного католицизма против России и православия, которые следует понимать как геополитические ходы Запада (США) по недопущению нарождающегося партнерства и дружбы Европы и России. Тем самым Европа (и Запад в целом) роет себе могилу сама. Так что же нам ждать от "старушки Европы"? Отвечая себе: "Ничего хорошего", попробуем представить себе худший вариант развития событий.

1. Представляется, что "старушка Европа" будет еще долго "бодриться", выдавая миру все новые и новые идеи - политтехнологии, и поучать его правилам хорошего тона. Одновременно будет расти интеграция и взаимная зависимость государств Европейского дома, правда, одновременно будут нарастать и все указанные нами выше негативные тенденции суперэтнического бытия. Особенно опасными для стабильности Европы представляются: все усиливающаяся демагогическая составляющая применяемых политических технологий и их оторванность от реальной жизни; все усиливающаяся агрессивная экспансия католицизма в мир православия, а значит, все усиливающееся расхождение "христианских миров"; все усиливающаяся радикализация коренного белого населения европейских государств, не верящего в способность государственных и общеевропейских институтов уберечь европейский (христианский) суперэтнос от постепенного "замещения" его в исторических ареалах и кормящих ландшафтах пришлыми "цветными" мигрантами; растущая численность и все большая радикализацию субэтноса "гастарбайтеров".

2. Поэтому мы считаем, что в Европе неизбежен рост "нового национализма", все более принимающий вид расового противостояния. Этот процесс будет заметен не только в государствах Западной Европы. Он коснется Центральной и Восточной ее частей, а также и России. Будет усиливаться популярность политиков и политических движений, исповедующих расовую и этническую чистоту своих государств. Это будет прямым следствием инстинктивного осознания коренными этносами Европы возможности своего полного конечного уничтожения, в том числе и по вине политики "либерально-демократического" типа, а также в связи с навязываемой миру американоцентричной моделью глобализации.

Разочарование коренных европейцев в возможностях своих государств решать вопросы такого уровня (практически это есть базовые вопросы выживания народов и их бытия) в принципе, а также осознание ими определенной порочности их ценностей и образа жизни, с неизбежностью рождающих национальные и расовые проблемы, может привести к тому, что большинство коренного населения и граждан европейских государств вообще откажет в доверии своим политическим партиям, традиционно исповедующим либерально-демократические идеалы. В Европе довольно скоро возможен приход к власти тоталитарных режимов как единственных, способных начать решать эти вопросы радикально.

3. Довольно скоро "утомленное" собственной политкорректностью и общечеловеческими ценностями "сытое" общество может потребовать от своих правительств "очищения Европы от пришельцев", что практически мгновенно взорвет всю ситуацию в ней и заставит разрозненные мусульманские общины всех европейских государств ощутить себя единым этносом.

4. В случае разрозненных выступлений этих общин государства Европы постараются обойтись своими собственными национальными силами. В случае массовых выступлений будет задействован потенциал как национальных вооруженных сил, так и боевая мощь НАТО.

5. Этого испытания НАТО выдержать не сможет и дезинтегрируется. Каждый начнет искать собственных компромиссов и будет "умирать в одиночку", поначалу ведя собственную антитеррористическую, а потом и гражданскую войну на собственной территории.

Очевидно, что все сегодняшние европейские институты будут свернуты, а процесс ее интеграции будет отложен на неопределенно долгое время.

6. В целом "внутренний взрыв" Европы уже до конца этого века почти неизбежен. Остановить процесс образования нового евро-мусульманского суперэтноса будет крайне тяжело, и, наверное, невозможно. Это значит, что этот процесс должен быть регулируем.

7. Регуляция этого процесса возможна в принципе только путем создания Европейской системы континентальной безопасности, как подсистемы ООН, со своим собственным Советом безопасности, со своими собственными континентальными вооруженными силами, созданными на базе ВС НАТО и ВС РФ. Только такая система будет способна воспрепятствовать притоку в Европу радикальных исламских элементов и противодействовать консолидации их действий. Как же должны себя вести мы и в чем может состоять наша национальная стратегия и ее "Европейская компонента"? Во-первых, мы обязаны хорошо осознать состояние этногенеза европейского суперэтноса и те угрозы нам, которые могут скоро обозначиться в ней.

Во-вторых, Россия обязана довести до Европы свое видение возможного развития событий и предложить ей свою прямую помощь. В-третьих, наша помощь Европе может состоять как в поставке ей энергоносителей, так и в организации совместных антитеррористических действий совместных боевых контингентов, а также в формировании Европейской системы региональной безопасности, которую необходимо начать строить уже сегодня. В-четвертых, только пример и исторический опыт мирного сосуществования разных религий, имеющиеся почти исключительно в России, помогут сформировать аналогичную европейскую модель. В-пятых, Россия может принять и разместить на своих просторах часть белого христианского европейского населения, одновременно решая как задачи освоения неосвоенных пространств, так и задачи возрождения своей пассионарности. В-шестых, к моменту возможного "развала" Европы Россия должна представлять собой уже сформированную, окрепшую и обеспеченную экономической и боевой мощью суперэтническую целостность, способную быть не только притягательным примером обретенной стабильности и расцвета титульной нации, но и силой, способной сказать в Европе свое окончательное и главное слово.

IV. Логика этногенеза (эволюция пассионарности) Китая
и императивы стратегии России

Если следовать теории этногенеза, то современный Китай переживает сегодня фазу обскурации. Фаза обскурации - снижение пассио-нарного напряжения ниже уровня гомеостаза, сопровождающееся либо исчезновением этноса как системы, либо превращением его в реликт.

Обратимся к теории вопроса. По Гумилеву "обскурация" есть последняя активная фаза этногенеза, то есть стадии распада этнической системы.

Ее особенностью согласно теории является возможность новой кристаллизации и возрождения суперэтноса на базе оставшихся дееспособными и сохранившими свою пассионарность субэтносов. Правда, здесь необходимо оговориться, что Лев Гумилев, анализируя процессы этногенеза Китая, вывел его современную этногенную формулу, считая, что она есть отражение состояния китайского суперэтноса как его исторической династии Цин. Так как же считать? Китай - это старый этнос или уже нет? Можно ли считать, что современный Китай - это уже новый суперэтнос, сложившийся в течение двух послевоенных поколений?

Если следовать нашей логике, то реальное состояние этногенеза китайского суперэтноса нуждается в пояснении и даже в новом осмыслении. Нам представляется, что к анализу этногенеза современного Китая надо подходить исходя из нашей концепции "преждевременного старения этносов". Это предположение основывается на следующих логических посылах и наблюдениях.

Мы считаем, что китайский суперэтнос в формуле династии Цин был практически уничтожен и дезинтегрирован беспрерывными опиумными войнами, гражданскими войнами и оккупацией уже к концу Второй мировой войны. Тогда же он и закончил цикл своего этногенеза. Этот цикл не закончился превращением этноса в реликт только по причине его численной огромности и отсутствия других, больших и дееспособных этносов, пожелавших занять его экологическую нишу и его кормящий ландшафт. Помощь Советского Союза и победа коммунизма в Китае вызвали новую вспышку пассионарности, которая создала предпосылки к формированию нового китайского суперэтноса, инкубационный период которого завершается в наши дни. По нашему мнению, принятие нового курса либерализации экономики и политических концепций, позволяющих сосуществовать "двум экономикам в одном Китае", а так же общая управляемая либерализация общественной жизни народа, позволили Китаю не только стать сегодня самой динамично развивающейся страной мира, но и высвободила огромную, веками зажатую созидательную энергию народа. Все это привело к рождению нового китайского суперэтноса, который только сейчас начинает новый цикл своего этногенеза. Это значит, что сегодня Китай находится в стадии пассионарного подъема, который будет продолжаться еще одно-два поколения, или 25-50 лет.

Объективная логика и законы этногенеза подсказывают нам, что именно через столько лет китайский суперэтнос вступит в фазу пассионарного перегрева (акматическую фазу), что сулит нам, да и всему миру мощную волну китайской внешней экспансии.
Китаю, окруженному морями, горами, пустынями и демографически соизмеримыми соседями, объективно больше некуда расширяться, кроме как на Север.

Это значит, что по объективным причинам первой "жертвой" китайской внешней экспансии будет определена Россия.

Нам, практически безальтернативно, предстоит прямой суперэтнический контакт, который и в варианте прямой военной агрессии, и в варианте "тихой экспансии" будет иметь однозначно негативные и даже катастрофические последствия для России.
Интересный нюанс. Почти все аналитики - китаеведы считают Китай этносом древним и поэтому этносом с угасшей пассионарностью. Но нам, видевшим армию Китая в действии, так не кажется.

Численность (размер) этноса всегда играла самостоятельную стратегическую роль, что особенно явно видно на примере нашего Великого восточного соседа.

Китайская армия - это армия большая, даже огромная. Ее мобилизационные возможности просто необъятны. Она настолько велика, что ей не нужны ни особенная подготовка бойцов, ни их пассионарность, так как жертвенность ее солдат всегда будет обеспечена государственной идеологией воинской службы и их количеством. Китайцев всегда будет больше чем нас.

Оценивая ее в целом, можно констатировать, что армия Китая хорошо технически оснащена и хорошо подготовлена к войнам XX века, то есть к войнам по захвату и удержанию территории.

Может быть эти войны (войны такого типа) и есть сегодняшний "вчерашний американский день", но Армии КНР будут противостоять не ВС США, а армия России, причем на своей собственной территории, поэтому этот вывод является для нас крайне важным.

Важные выводы

1. Нам представляется, что существует Китайский геополитический проект, имеющий целью достижение господства в мире китайского суперэтноса.

2. Этот геополитический проект находится в латентном (скрытом) состоянии, а сам новый китайский суперэтнос находится в состоянии инкубационного периода.

3. Идейные основы этого нового китаецентричного геополитического проекта будут носить специфические национальные конфуциан-ско-коммунно-либеральные черты. Это значит, что сам проект изначально будет формироваться как тоталитарный, самодостаточный (с опорой на собственные силы всех китайцев мира) и моноцентрический, то есть однозначно антагонистический всем остальным геополитическим проектам план исторически неспешного овладения миром. Основной метод реализации проекта - неспешное физическое замещение коренных этносов. Так чего нам ждать от нашего Великого восточного соседа?

1. Мы считаем, что на Востоке нас ждет еще около двух-трех десятков относительно мирных лет, то есть лет, когда открытая экспансия Китая или его прямая военная агрессия маловероятны.

2. Правда, все это время Китай будет "ненавязчиво" наполнять российские восточные территории тысячами своих граждан и стараться их там любыми способами "укоренить". Этот процесс, который активно идет уже сейчас, является не столько естественным, сколько организованным, так как он есть часть долговременной стратегии Китая.

3. Официальный Китай всегда будет отрицать свою причастность к "незаконной миграции", одновременно создавая условия ее нарастания, с одновременным освоением (и юридическим оформлением) ее мельчайших продвижений.

4. Эта "тихая экспансия" будет особенно отчетлива в районах Транссибирской магистрали, БАМа, пограничных дорожных переходов, ресурсных регионов и всех основных населенных пунктов, а также объектов военной инфраструктуры.

5. Уже через 10-15 лет начнется "плановое" ухудшение отношений с Россией. К этому времени разница достигнутых уровней развития может достичь порядковых величин в пользу Китая, и его политическое руководство перестанет "стесняться своей провинциальности".

6 Через 20 лет в экономическом и военном отношениях Китай будет готов к войне с Россией. Политический климат начнет стремительно ухудшаться и к середине века может стать невыносимым, а война - неизбежной.

Каковы же императивы нашей национальной "Восточной стратегии"? Нам представляется, что они должны заключаться в следующем.

1. Вся наша "восточная" национальная стратегия должна быть направлена на решение двух главных стратегических задач.

Первая стратегическая задача - освоить нашу собственную Сибирь и Дальний Восток самим и до того, как это начнут делать за нас китайцы. Эта стратегическая задача выполняется в парадигме прямой стратегии, то есть прямо, безапелляционно, не обращая внимания ни на что, точно выполняя поставленные задачи и реализуя проекты. Вторая стратегическая задача - не допустить прямого военного столкновения с Китаем в течение 25-50 лет. Эта задача должна решаться в основном в парадигме стратегии непрямых действий.

2. Ближайшие десятилетия необходимы России, для того чтобы ковать собственную мощь.

3. За это время необходимо создать структуры Дальневосточной (Тихоокеанской) региональной безопасности (или Системы безопасности Азиатско-тихоокеанского региона) с участием России, Китая, США, Японии, Индии и др.). В случае отказа Китая принимать участие в таких структурах их надо формировать и без Китая.

4. Поскольку официальный Китай всегда будет отрицать свою причастность к "незаконной миграции", наша задача должна состоять в том, чтобы создать условия, при которых она была бы практически невозможна или хотя бы максимально затруднена.

5 Россия должна реализовать государственную программу заселения и освоения нашей Сибири и Дальнего Востока, создать соответствующую группировку войск, воссоздать систему исторического Сибирского и Дальневосточного казачества, которая смогла бы стать мощным и естественным фильтром и одновременно являлась бы иррегулярной компонентой (резервом) Вооруженных Сил России.

6. Необходимо привлечь капитал США, Европы, Японии и Китая (конечно, помимо своего) к освоению ресурсов и пространств Сибири и Дальнего Востока России, создать сеть серьезных инфраструктурных проектов, реализация или участие в реализации которых сделает невозможным завоевание этой (нашей) территории.

V. Логика этногенеза (эволюция пассионарности) ислама
и императивы стратегии

Согласно теории этногенеза, ислам сегодня находится в фазе "надлома". Отметим, что когда Лев Гумилев исследовал этногенез ислама, он рассматривал (почти исключительно) его собственно тюркскую, вернее даже турецкую или османскую часть. Поскольку теорию вопроса мы будем достаточно подробно рассматривать при анализе состояния Российского суперэтноса, находящегося, по мнению ученого, в той же фазе этногенеза, то сейчас мы позволим себе остановиться только на тезисной констатации новых исламских суперэтнических факторов. Представляется, что сегодня говорить о том, что исламский суперэтнос проявляет себя полномасштабно и монолитно, можно только с большой натяжкой. Современный исламский мир многосубъектен, полиэтничен, расколот и разнопланов. Он имеет несколько центров, главным образом религиозной консолидации. Назовем, к примеру, Турцию, Иран, Пакистан, Саудовскую Аравию, Египет, Ливию. Каждый из них считает, что "истинный ислам" только тот, который исповедует он сам. Тем не менее ислам изначально был "сильной идеологической системой", число последователей которой сегодня только увеличивается. Такой выдающийся знаток ислама, как Густав Эдмунд фон Грюнебаум, следующим образом оценивал его сильные стороны:

1. "Универсальный" характер ислама, отсутствие национальной замкнутости этой религии или жесткой привязанности к ограниченному периоду времени.

2. Способность ислама к адаптации. Несмотря на преобладающее чувство духовного единства и "чувство коллективного превосходства", мусульмане сохранили и интегрировали необычайно много разнообразных национальных и региональных элементов.

3. Хотя на первый взгляд мусульманекая цивилизация кажется всеядной, она очень избирательна. Ей признается и принимается то, что поддерживает ее базисные религиозные добродетели, и отвергает то, что противоречит ее индивидуальности.

4. Мусульманская цивилизация представляет собой культурное единство, которому чужды наши изначальные побуждения. Она не испытывает жизненной заинтересованности в аналитическом осознании самой себя и, пожалуй, еще меньше заинтересована в структурном исследовании других культур, выявляющем приметы заката этих культур или способствующем лучшему пониманию собственного характера и истории.

5. Этот тезис может быть связан "с основополагающим антигуманизмом мусульманской цивилизации, то есть подчеркнутым отказом признать человека хоть в малой степени арбитром или мерилом вещей, и тенденцией удовлетворяться истиной ..."

Более того, сегодня все более ясно проявляются вроде бы забытые панисламские идеи и даже Ново-османские (Пантюркские) имперские поползновения, имеющие вполне конкретные примеры действий. Кроме того, сегодня особенно явным, важным и опасным фактором развития исламского мира является появление мощного фундаментального и радикального движения, прямо связанного с претензиями исламского ваххабитского религиозного течения на исключительную роль в восстановлении ислама и распространение его на весь остальной мир.

Практически весь исламский терроризм связан с этим течением религиозной исламской мысли и с деньгами Саудовской Аравии, чьей государственной религией является ваххабизм. По своей сути ваххабизм - есть современная жизнеотрицающая идеологическая и этнологическая антисистема, поставившая своей задачей и миссией завоевание власти на планете. Сегодня уже нельзя не замечать, что эта антисистема предпринимает свою экспансию по всему миру, как в неисламских мирах, так и в нем самом, и пока везде имеет успех.

Правоту этой констатации легко подтвердить примерами Чечни, Афганистана, Пакистана и даже нашего Татарстана.

Тем не менее нельзя не признать, что ислам является не только самой активной, но и самой социально ориентированной из всех мировых религий (например, там не может быть беспризорных и бездомных детей и абсолютно бездомных нищих мусульман). Поэтому число его сторонников в мире непрерывно возрастает, как возрастает и уровень притязаний мусульман в государствах мира, как и самого мира мусульман. Сила ислама как религии в том, что она в отличие от христианства составляет существо образа жизни всех мусульман и базовую основу политик государств исламского мира. В настоящее время только Ислам обладает способностью простой, надежной и однозначной самоидентификации своих сторонников, путем простого противопоставления себя всем остальным, по формуле "мы (наши) - они (не наши)". Эта самоидентификация носит совершенно объективный характер и не зависит ни от уровня образованности, ни от уровня экономической состоятельности, ни от гражданства самих мусульман и даже цвета их кожи. Эта самоидентификация всех мусульман мира может быть организована или спровоцирована на всей планете практически мгновенно. Эта способность к почти мгновенной мобилизации и превращению в суперэтнос дает исламскому миру превосходство над остальными суперэтносами (может быть, кроме китайского) в борьбе за выживание и в возможностях позитивного изменения цикла своего этногенеза.

Важные выводы

1. Исламского суперэтноса еще нет, но его инкубационный период уже очевиден.

2. Пока есть только еще формирующийся исламский радикальный геополитический проект, носящий вид строительства ваххабитской антисистемы.

3. Исламский радикальный суперэтнос неизбежно будет формироваться по мере развертывания и "победного шествия" американо-центрического либерально-фундаментального геополитического проекта, по мере ослабления России и вырождения христианского (Европа) мира.

4. Основной целью геополитического исламского радикального проекта будет господство в мире исламского суперэтноса, а основным методом его реализации будет идеологическое (религиозное) перерождение покоряемых этносов. Чего же нам ждать от "Ислама"?

Нам представляется, что Россию ждет следующее.

1. Дальнейшее "тихое проникновение" радикального ислама.

2. Радикализация исторического и толерантного российского ислама путем "омоложения" состава действующих мулл выпускниками саудовских медресе, деньгами и террором.

3. Попытки "откола" от России всего Кавказа и бесконечная "Кавказская война".

4. Создание зоны "абсолютного радикального ислама" во всем Прикаспийском регионе, Средней Азии, Казахстане и Туве. Другими словами, создание вокруг России "исламского радикального пояса".

5. Образование подконтрольного радикальному исламу второго мирового центра добычи углеводородного сырья с включением в него бассейна Каспия, Казахстана, Среднеазиатских республик бывшего СССР, Афганистана, Ирана и Пакистана.

6. Радикализация и исламизация Башкирии, Бурятии, Калмыкии, Татарстана, Якутии и так далее, то есть всех ресурсных регионов России.

7. Формирование самостоятельного Среднеазиатско-Кавказского Исламского Центра (Новой Исламской Конфедерации), то есть ресурсно, экономически и финансово самодостаточного геополитического центра силы.

8. Формирование нового исламского суперэтноса с радикальной ваххабитской генетикой.

Каковы же в этом плане императивы "Южной стратегии" России.

В первую очередь
мы должны отдавать себе полный отчет о возможных перспективах "исламского вопроса" в России и для России и принимать наступательные, активные меры (в том числе и в парадигме стратегии непрямых действий) по недопущению развития указанных выше негативных тенденций. Во-вторых, мы должны понять, что Россия - одно из самых больших мусульманских государств мира (более двадцати миллионов мусульман). Ислам для России является такой же нормальной и традиционной цивилизационной (религиозной) платформой, как и православие. Эти религии исторически доказали свою взаимную толерантность. В-третьих, необходимо самым решительным образом разделить наши государственные военные усилия по уничтожению гнезд терроризма в Чечне и на Кавказе и наши государственные усилия по выводу народов Кавказа из состояния войны. В-четвертых, при решении этих задач надо исходить из того, что с преступниками и преступными кланами договариваться не нужно, их надо уничтожать. Мирное население Чечни можно перевести в режим мирной жизни, только дав ему работу, новых пророссийских мулл, воспитав молодежь и будущих чиновников в российских учебных заведениях и так далее. В-пятых, без серьезных и постоянных государственных усилий по институализации исторического российского ислама, то есть без помощи государства по его очищению от радикальных элементов, по его (в том числе и физической) защите и без государственного признания мы будем всегда опаздывать от действий радикалов. А это значит, рано или поздно мы проиграем им наш ислам, а значит, и Россию. В-шестых, понимая, что одним из приемов религиозной экспансии является радикализация ислама через его замещение ваххабизмом, одна из главных стратегических задач России - не допустить радикализации собственного российского Ислама. В-седьмых, важнейшими направлениями стратегии России должны стать разработка и реализация масштабных инфраструктурных проектов (например, Каспийского энергетического и транспортного проекта), совместное владение и эксплуатация которых составит новую базу взаимной заинтересованности и доверия мусульманских и славянских государств региона; "связывание" азиатских прикаспийских мусульманских государств общей ответственностью за военно-политическую стабильность и безопасность рамками и задачами системы коллективной безопасности этого региона (возможно в виде нового военно-политического альянса) при доминирующей роли России в ней.

VI. Логика этногенеза (эволюция пассионарности) России
и императивы ее национальной стратегии

Согласно теории этногенеза Россия сегодня находится в фазе "надлома".

Теория вопроса. Фаза надлома характеризуется резким снижением пассионарного напряжения после акматической фазы, сопровождающимся расколом этнического поля.
Лев Гумилев пишет об этой фазе так: "Надлом - фаза выразительная, и ее заметить не трудно. Пассионарное напряжение этнической системы вдруг начинает стихийно снижаться. Происходит это самым простым способом: убийством наиболее выдающихся деятелей. Сначала гибнут политики, затем идеологи, поэты и ученые, потом толковые администраторы и, наконец, трудящиеся приверженцы уже погибших вождей. Остаются только предатели, постоянно переходящие на сторону очередного победителя, чтобы изменить и ему, как только он попадет в беду, и люди столь ничтожные, что их не трогают, если они не попадают под горячую руку. Начавшийся надлом замечают, прежде всего, современники, не все, разумеется, но наиболее патриотично настроенные и дальновидные". Механизм перехода этноса к этой фазе ученый видел следующим.

В фазе надлома, которая наступает сразу после акматической фазы, или фазы пассионарного перегрева, характер этногенеза резко меняется. Снижение общего уровня пассионарности системы, связанное главным образом с тем, что в результате гибели большого количества пассионариев и их выбросов в другие страны в предыдущей фазе цикла, приводит к тому, что ведущие блоки главных социальных систем (политика, армия, государственная служба, идеологические институты и так далее) наполняются выжившими шкурниками, то есть "гармоничными особями" (особями, пассионарный импульс которых равен по величине импульсу инстинкта самосохранения), либо субпассионариями (особями, пассионарный импульс которых меньше импульса инстинкта самосохранения), проникающими на высокие должности благодаря родственным или клановым связям (непотизм). Эгоистическая этика этих "новых людей" диктует новый стереотип поведения, что в результате приводит к упрощению системы. При этом вся новая система власти упорно вытесняет оставшихся пассионариев на обочину общественной жизни, то есть на окраины ее социального ареала. Энергии для поддержания работоспособности системы остается все меньше, и она начинает давать сбои, так как управлять по-настоящему некому. Упрощение системы ведет к выбросу свободной энергии, и поэтому таланты и бойцы уходят за рубеж, в преступность или в творчество. Индикатором надлома являются всякого рода реформации, которые есть индикаторы смены знака системы, то есть начала ее упрощения.

В надломе обычно бывает короткий период депрессии. Это период "разгула" субпассионариев, возглавляемых или явным "шкурником", или оставшимся "стихийным" пассионарием, "поющим свою последнюю, лебединую песню". Эту фазу надо уметь пережить, чтобы перейти к следующей. Лев Гумилев утверждает, что фаза надлома - это возрастная болезнь этноса, которую необходимо преодолеть, чтобы обрести иммунитет.

Нам представляется, что одной из самых важных задач суперэтноса, переживающего фазу надлома, является недопущение его окончательного раскола и в любом случае недопущение утраты влияния в суперэтносе, титульной гоударствообразующей нации, и формирование власти, способной подняться до уровня проблем выживания народа.
Такова теория вопроса, которая, на наш взгляд, с потрясающей точностью воспроизводит нашу действительность и наше недавнее прошлое. Рассмотрим теперь нашу действительность.

При рассмотрении логики этногенеза России надо исходить как из анализа естественного хода этногенеза, данного Львом Гумилевым, так и из нашего вывода о том, что "напряженность жизни старит этнос преждевременно". Эти разные посылки должны, по идее, привести нас (согласно теории науки логики) к разным выводам, что является фактором важным и должным привести (с неизбежностью) к разработке других национальных стратегий, стратегий, основанных на другой логике. Так ли это? Рассмотрим эти посылки последовательно.

Напомним, что согласно Л. Гумилеву российский суперэтнос (Россия) сегодня находится в фазе "надлома", внутренним содержанием которой является "утрата ощущения единства внутри суперэтноса". Попытаемся определить, так ли это относительно России.

а) Этногенез России в логике "преждевременного старения". Возьмем на себя смелость предположить, что революция 1917 года была историческим фактом, которым заявил о своем появлении новый российский суперэтнос, который мы сегодня можем обозначить как "советский". Еще совсем недавно "советский народ" был официально объявлен в СССР "новой исторической общностью". Надо сказать, что тогда это утверждение не казалось ошибочным. Наоборот, оно представлялось исторически оправданным и, конечно, совсем не выглядело как химера. Поэтому сегодня многих мучает вопрос о том, почему же мы (СССР) распались так быстро, бездарно и болезненно. Мучает этот вопрос и нас. Поэтому, кроме массы уже известных вариантов ответов, попробуем найти ответ в логике этого варианта этногенеза. В целом логика варианта "преждевременного старения" этногенеза выглядит следующим образом. Весь XX век был для России (СССР) и русского (российского, советского) народа-суперэтноса веком сплошного непрекращающегося титанического напряжения, которое определило весь цикл его этногенеза протяженностью вместо 1200-1500 лет в сто лет. Другими словами, наш народ трудился и жил с десятикратной интенсивностью, а значит, и такой же перегрузкой и перенапряжением. В этом варианте фазы его этногенеза выглядят следующим образом. Реформы Александра II - начало пассионарного толчка. Этап пассионарного подъема - реформы Столыпина, Первая мировая война, взрыв революций в 1917 году, Гражданская война и статуирование нового суперэтноса декларацией образования СССР.

Акматическая фаза (фаза пассионарного перегрева) включила в себя коллективизацию, индустриализацию, репрессии и Великую Отечественную войну.

Фаза надлома пришлась на послевоенные годы, восстановление разрушенного народного хозяйства и "оттепель" Никиты Хрущева. Инерционная фаза, то есть фаза "золотой осени" - цивилизации, совпала с "эпохой застоя" Леонида Брежнева.

Фаза обскурации, или этнического распада, началась со смерти Ю. Андропова и затем стремительно нарастала действиями М. Горбачева и Б. Ельцина. Как результат, СССР распался на независимые государства, и к концу XX века единый суперэтнос- "советский народ" распался на субэтносы. Здесь надо оговориться. Процесс распада носил в целом насильственный характер, так как народы "разводили" их правящие элиты, обуянные жаждой власти, собственности и личного обогащения. Тем не менее практически все фазы этногенеза российского суперэтноса вполне умещаются в логику варианта "преждевременного старения". Согласно этой логике мы (Россия и наш суперэтнос) находимся в фазе обскурации, то есть в фазе этнического распада, который наиболее заметен в негативных и сложных отношениях "национальных республик" Российской Федерации к федеральному центру и к титульной нации государства, тот есть к этническим русским, а также в нескрываемом росте местного национализма и в сепаратизме устремлений некоторых субъектов Федерации.

Лев Гумилев называл эту фазу "сумерками этноса" и так описывал ее признаки: "...наличие людей и нетворческих, и нетрудолюбивых, эмоционально и умственно неполноценных. Они плохие солдаты, никакие рабочие. "Жизнелюбы" начинают размножаться без ограничений и, поскольку они являются особями нового склада, создают свой императив: "Будь таким, как мы", то есть не стремись ни к чему такому, чего нельзя было бы съесть или выпить. Всякий рост становится одиозным, трудолюбие подвергается осмеянию, интеллектуальные радости вызывают ярость. В искусстве идет снижение стиля, в науке оригинальные работы вытесняются компиляциями, в общественной жизни узаконивается коррупция, в армии солдаты держат в покорности офицеров и полководцев, угрожая им мятежами. Все продажно, никому нельзя верить, ни на кого нельзя положиться, и для того чтобы властвовать, правитель должен применять тактику разбойничьего атамана: подозревать, выслеживать и убивать своих соратников. Порядок, устанавливающийся в этой фазе, никак нельзя считать демократическим... Здесь господствует негативный принцип отбора".

Нам представляется, что сказанное нашим великим соотечественником с ужасающей точностью воспроизводит не только сегодняшнюю российскую действительность, но и общую тенденцию национального развития. Правда, мы еще не дожили до "солдатских мятежей", но... у нас еще все впереди, так как главное человеческое качество, востребуемое сегодня властью, - это беспринципность и способность "из ничего делать деньги". Далее, согласно теории идут фазы "гомеостаза" (нулевого уровня пассионарности), затем переход к "мемориальной фазе" и к "вырождению". Что это такое, мы можем сегодня увидеть на примере жизни современных эвенков или эскимосов. Как бы забегая вперед, скажем: мы эти фазы еще не прошли. Поэтому у нас есть только два варианта судьбы: или "естественное вырождение" или "организация нового пассионарного толчка"

Пока что наш суперэтнос явно "засыпает", и "разбудить" его (нацию) может только новый пассионарный толчок. Этим толчком могут явиться: серьезная война, которая сделает это (разбудит народ) автоматически (правда, если это будет война с Китаем, возможная уже через 20-30 лет, то может статься так, что будить уже будет некого); или новая национальная государственная идея (проект), провозглашенная пассионарным лидером нации и имеющим профессиональную (и пассионарную) команд.

б) Этногенез России в логике "естественного развития". Рассмотрим только основной npизнак фазы надлома: "утрату пасионарнарного напряжения и ощущения единства внутри суперэтноса".

Проследим эволюцию пассионарного импульса в России после Великой Отечественной войны. После Великой Отечественной войны пассионарный импульс, данный ею несмотря на гибель десятков миллионов россиян, был удержан Россией за счет эйфории победы, необходимости новой внутренней мобилизации и возможности устроить свою послевоенную жизнь.

Успех этого дела был обеспечен не только плановой экономикой и жестокостью государственного управления, но и тем, что много пассионариев "определенного толка", ушедших в преступность, которая захлестнула послевоенную Россию, была "убрана" в резервации ГУЛАГа. Затем творческие пассионарии были вытеснены системой из управления страной (и даже из армии) как угроза строю и личной власти генсеков.

К власти в стране пришли даже не "гармоничные люди", а развращенная благостями "капиталистического быта" и возжелавшая красивой жизни "серость", которая не нашла другого пути к собственной реализации, как только под знаменами "демократии". Надо сказать, что у них это получилось. Первоначально их поддержала большая часть российских пассионариев, которые увидели в "демократизации" свой "последний исторический шанс". Прямым следствием этого процесса явилась утрата ощущения единства субэтносов в едином советском суперэтносе, что привело к его расколу на российский и "все остальные". Затем последовал парад суверенитетов: "советская смута", кончившаяся распадом СССР.

"Демократическая смута" конца XX века, закончившаяся самоуничтожением СССР, чуть было не закончилась распадом и Российской Федерации. Но Россия удержалась и пока что удерживается на этой грани главным образом здравым смыслом нации и только потом решительностью В. Путина и офицерским корпусом Армии, а также выстраиванием четкой вертикали государственной власти, которая самим своим устройством (конструкцией) парирует (пока) столь опасную для России самостийность регионов.

Тем не менее все еще зыбко, так как главная задача нации - восстановление своей государственной мощи и нового органического облика (империи в пределах уже исторически достигнутой ойкумены) - еще не решена. Хорошо зная нашу новейшую историю и анализируя наше современное этногенное состояние, приходим к следующим выводам. Каждый пассионарный импульс в России заканчивался не развившись потому, что рожденная им и развивающая его управляющая система (система высшей государственной власти) при первых признаках собственной стабилизации изгоняла и уничтожала лучших своих пассионариев как в политической элите, так и во всех остальных сферах функционирования государства и даже в Армии как людей ответственных, требовательных, а значит, и неудобных. Расплата за эту безответственность следовала практически всегда, правда, проявлялась не всегда сразу. Система умирала (как КПСС и СССР) в том числе и от собственной беспросветной серости и торжества желающих уклониться от всяких обязанностей, так как когда (а это всегда случалось довольно скоро)приходило время перемен или опасности, то уже во власти не было людей, способных этим заниматься и добиваться положительных результатов. Эту ситуацию мы сегодня испытываем на себе.

Сегодня в России все признаки надлома ее суперэтноса налицо. Лев Гумилев считал, что полная гибель суперэтноса наступает (в том числе) и тогда, когда столица и провинции перестают думать, чувствовать, а значит, и действовать согласно. К сожалению, мы видим, как эта гибельная тенденция продолжает "править" в России, а попытки ее нивелирования нашей высшей государственной властью, мягко говоря, не внятны. Кроме того, утрата пассионарности российским суперэтносом зашла так далеко, что он перестал поставлять в Армию добровольных защитников Родины, что есть точный признак "начала конца".

Тем не менее уже в самом конце XX века в России появились первые признаки выздоровления: национальной (суперэтнической) регенерации или вторичной интеграции, что можно считать признаком новой доминанты нашего национального развития сегодня.

Появлению этого нового фактора национального развития способствовал сам факт развала СССР, который не только отделил от метрополии западные и азиатские провинции, но и образовал мощную двадцатипятимиллионную русскую диаспору в ближнем зарубежье. Все это сделало необходимой не только нашу национальную регенерацию, то есть процесс вторичной кристаллизации российского суперэтноса, но и создало объективные предпосылки к ней, так как огромная и, по неволе, наиболее пассионарная часть россиян (диаспора) получила огромный стимул к возрождению своей угасшей пассионарности. Мы имеем в виду стремление всех россиян к воссоединению, что рано или поздно, но неизбежно должно привести нас к активным действиям в этом направлении. Для того чтобы действовать, надо иметь пассионарность, а значит, она будет вновь востребована нацией, а значит, и возродится вновь и опять возродит собою этнос. Рассмотрение этногенеза российского суперэтноса в разных логиках приводит нас к одним и тем же выводам, так как его конечные фазы (в обоих логиках) совпали в главном - в необходимости спасения нашего суперэтноса. Представляются важными поиски ответов на вопросы: можно ли нацию пассионарностью "заразить" и можно ли угасшую пассионарность "возродить"? На оба вопроса ответим утвердительным "ДА!".

Предложим очень важный тезис. Российский суперэтнос даже после утраты своей "советской" составляющей остался великим народом и самостоятельным суперэтносом. Наш суперэтнос во время последнего "демократического" национального катаклизма не распался. Он очистился, стал менее мозаичным, а значит, и более монолитным.

Наш суперэтнос сохранил здоровое русское (русскоязычное) ядро, а значит, и шанс к развитию более удачному и конструктивному, чем во время предыдущих фаз своего этногенеза. Другими словами, "освободившись" от своих "окраин", российский народ - суперэтнос теперь имеет возможность заявить о себе как о новом-старом суперэтносе и начать новый цикл своего этногенеза, тратя свою пассионарность на строительство себя самого.

Для этого необходимо найти запасы пассионарности или создать ее заново, так как только пассионарность нации способна регенерировать (восстановить) суперэтнос и сделать цикл его этногенеза более или менее естествеым, а его дальнейший исторический путь успешным и победительным. Логика здесь такова. Чтобы выжить, нужно организоваться. Значит, нужна пассионарность, позволяющая ставить идеал выше ближних непосредственных интересов. Другими словами, нужен идеал - далекий прогноз, воспринимаемый интуитивно и даже инстинктивно, как Правое дело всего народа. Только такой идеал позволит уже нынешним поколениям "подняться над суетой дня" и, несмотря на всю тяжесть существующего положения, не жить только сегодняшним днем, а формировать дела (проекты) и совершать поступки, способные спасти и ныне живущих, и наших потомков. Это значит, что нам нужна национальная государственная идея как инструмент воссоздания нации и как проект, способный возродить ее цивилизационный потенциал.

Существует связь: новый идеал даст новую пассионарность, новая пассионарность даст новую организованность, новая организованность даст другие (высшие) системы сохранения и развития этноса.

В качестве примера спасения как суперэтнической регенерации Лев Гумилев приводит исторический факт восстановления России после Смутного времени. Хотя этот пример относится к другой (акматической) фазе нашего этногенеза, мы считаем его корректным и для настоящего времени, так как наша нынешняя ситуация иначе, чем "Смутным временем", сегодня и не обозначаема. Представляется, что тезис о неизбежности гибели суперэтноса при рассогласовании (разнонаправленности) дум, чувств и действий столицы и провинции верен. Тем не менее считаем, что в России возможна этническая регенерация за счет неиспользованной (нерастраченной) пассионарности окраин, так как, по нашему мнению, пассионарность "сгорела" в центре, но не в провинциях.

Для того чтобы ее возродить, необходимы не только новая национальная идея, но и сверхнапряжение нации (этноса), выполняющей новый национальный (цивилизационный) проект, который при любой экономической наполненности обязан быть идеологическим, а также мобилизация пассионарных резервов нации. В России эти резервы почти целиком сосредоточены (вернее, еще существуют) в ее провинции, в ее силовой сфере, в Армии, в ее культуре, а также в той части государственной и негосударственной сфер, которые представлены врачами, спортсменами, изыскателями и так далее, и той частью государственных служащих, которые непосредственно обеспечивают безопасность граждан. Таким образом, спасение российского суперэтноса, то есть этническая регенерация, придет из провинции, сохранившей запасы неизрасходованной пассионарности и пока еще сохраняющей российскую суперэтническую культурную традицию.

При этом представляется важным, чтобы эта пассионарность была бы востребована Центром или была навязана ему обществом. В нынешний период, то есть в период пассионарного спада, нам как никогда важно задуматься над тем, кто и как будет передавать нашу культурную традицию. Этот вопрос представляется почти определяющим. Для того чтобы что-то передавать, необходимо, как минимум "что" передавать (сама культурная традиция), "кому" передавать (сам народ, воспринимающий эту культурную традицию как свою собственную), "через что" передавать (источники культурной традиции, ее письменные, электронные и любые другие носители), и, конечно, главный субъект культурной традиции нации - ее корпус учителей, деятелей науки, искусства, национального экспертного сообщества и так далее.
Если мы решим эту задачу сейчас, то обеспечим не только регенерацию российского суперэтноса, но и возможность его нового возрождения после очередного пассионарного толчка, который мы должны организовать сами, и прежде чем иссякнет энергия прежнего.

Если к вышеперечисленным сферам мы прибавим и Армию как оплот и заповедник пассионарности, а также как единственную государственную корпорацию, вырабатывающую "безопасность", без чего никакое развитие просто невозможно, то очевидно, что все перечисленное выше и есть те сферы, в которые государство должно вкладывать деньги. Попробуем определить, как Афганская и Чеченские воины повлияли на уровень общей пассионарности России. Представляется, что общий вектор их влияния направлен в сторону ее роста. Это предположение обоснуем следующими наблюдениями. Войны были относительно не длительными и относительно малокровными (общие потери относительно небольшие). Через эти войны прошло достаточно много людей (около миллиона человек). Это были главным образом молодые мужчины, способные дать пассионарное потомство. Эти потомки воинов, а значит, по определению, пассионариев, в свою очередь, способны возродить общую пассионарность России и наполнить ею ее суперэтнос. Такой всплеск общей пассионарности России может быть предположен: - как следствие Афганской воины к 2010-201 5 году (конец войны + 25 лет жизни); - как следствие Чеченских войн к 2020-2030 годам (2002 год + 25 лет жизни).

Пассионарность может иметь и "импортный" характер. Этнос может ее получить извне как в результате столкновения с пришлым этносом в своей экологической нише либо как результат также идущей извне "прививки".

В этом плане можно ли считать прививку демократии нам (России) равнозначной инъекции пассионарности (обновления крови)? Наверное, можно. Правда, эффект этой инъекции закончился быстро. Все мы являемся свидетелями того, как пассионарии ринулись в политику и истребили себя в ней. Власть же со "сладострастным стоном" утаптывала и заливала бетоном все политическое поле, выискивая и затаптывая лучших и оставляя на поверхности явных подручных "шкурников", в то время как "система" была уже давно не пассионарна. Система власти государства вырождалась и отторгала любую пассионарность, включая Армию, которая, "сдав" советскую власть в 1992 году, не выполнила даже свой конституционный долг.

История говорит, что этнос беззащитен, когда теряет себя, то есть "меняет душу" (то есть стереотипы поведения и общественный императив существования) и утрачивает национальные ценности. Попытки соединить несоединимое своими последствиями всегда имеют плачевность состояния. Мы наблюдаем правоту этого тезиса ежедневно, но еще мало делаем для того, чтобы не поступать так и не умножать тем наши раны. Поэтому так непонятны и отвратительны нашему народу все продолжающиеся попытки его с верху идущей вестернизации. Тем не менее наш российский суперэтнос, который исторически и практически всегда находился в полном государственном рабстве, который только всего десять лет назад был приобщен к основам демократического государственного устройства, удивительно быстро усвоил все его преимущества для личной жизни. Этот факт дает нам уверенность в том, что уже через одно поколение Россия сможет найти и черпать свою пассионарность в Свободе, в личной инициативе освобожденного народа.

В целом все это значит, что пассионарность России может быть возрождена как следствие прихода к активной политической жизни детей героев последних войн России, как реакция "очухавшегося" после "прививки демократии" населения страны, как реакция народа на явное национальное унижение и бездарность власти и как его естественное стремление к собственному выживанию в рамках надежной, проверенной временем и сегодня безальтернативной формы коллективного существования в условиях относительной собственной свободы. Все это в сумме может дать суперэтносу России два-три пассионарных поколения, начиная уже с 2010 года и практически до конца XXI века. Поскольку процессы этногенеза идут сегодня более интенсивно, инкубационный период нового российского этноса может уложиться в эти два-три поколения, то есть около 50-75 ближайших лет.

Этот важный вывод означает и то, что срок собственного созревания новый российский суперэтнос должен прожить без серьезных суперэтнических и катастрофических контактов. Петр I как-то сказал, что "нам Европа нужна на сто лет, а потом мы повернемся к ней задницей". Надо отметить, что Екатерина II сделала это уже через тридцать лет, то есть через одно поколение, правда, это было поколение боевых успехов Русской армии, ведомой гениальными Потемкиным, Румянцевым и Суворовым. Другими словами, мы не должны 50-70 лет серьезно воевать с Китаем, исламом, США или с Объединенной Европой. Наша национальная стратегия и политика обязаны обеспечивать (выдерживать) этот императив. Это означает также и то, что у России есть, может и должно быть столько времени на формирование своего нового пассионарного потенциала, на строительство своей новой мощи и национального (цивилизационного) облика, на разработку и реализацию своего собственного цивилизационного Евразийского проекта. Таким образом, можно констатировать, что у России появились некоторые временные определенности ее будущей стратегии, а у ее внешней политики и некоторые конкретные базовые задачи, которые наше государство обязано решить практически любой ценой. Здесь речь, безусловно, не идет о прямой агрессии против нас или других экстраординарных сценариях нашего ближайшего будущего.

Дальнейшее рассмотрение вопросов российского этногенеза невозможно без разъяснения проблемы "Пассионарность и власть". Удивителен тот факт, что пассионарные импульсы демократии не привели к власти ни одного государственного деятеля "державной" ориентации. Вся власть была и есть у либеральных и безответственных демагогов. Общий ответ на этот вопрос дан при рассмотрении нашего этногенеза выше, но сама проблема, безусловно, требует своей детализации. При разработке теории этногенеза Лев Гумилев специально останавливался на таких явных и видимых причинах развала великих империй и деградации суперэтносов, как "падение нравов и плохое управление". Интересно то, что, несмотря на обильность примеров и их тщательный анализ, наш великий соотечественник сделал вывод о том, что эти факторы важны, но не определяющи в развитии этногенных процессов. Более того, он считал и доказал, что они являются в том числе и свидетельствами объективного процесса утраты этносами своей пассионарности.

Все это так и есть, но тем не менее представляется крайне важным дать свое видение проблемы "пассионарность и власть", так как мы сегодня не имеем ни того, ни другого, но хотим иметь все это вместе и сразу. Еще раз обратимся к теории. Согласно теории этногенеза все особи, относящиеся к определенному этносу (суперэтносу), по степени собственной пассионарности (ее убыванию) делятся на пассионариев, гармоничных людей и на субпассионариев. Их общие характеристики приводились выше. Теперь дадим их более широкую трактовку, так как только понимание теории может помочь нам понять нашу сегодняшнюю ситуацию во власти.

Пассионарии - это люди, которые совершают и не могут не совершать поступки, ведущие к изменению их окружения Они изменяют мир. Поскольку наличие у них пассионарной энергии есть их личный генетический (биологический) врожденный признак (свойство организма), то они способны концентрировать эту энергию и направлять ее (практически бессознательно) на достижение той или иной цели, равно созидающей или разрушающей. Примером негативной пассионарности может служить безудержное стремление к обогащению, стремление к власти любой ценой и так далее. Примером позитивной пассионарности может служить деятельность великих первооткрывателей, гениев культуры и так далее. Это люди действия и подвига. Поэтому особенно важно наличие пассионариев в Армии, так как без них и без этого их качества невозможно даже успешно защищаться от врагов, а, как мы знаем, "повышенная беззащитность не всегда способствует процветанию этноса". Лев Гумилев отмечает: "Но само наличие пассионариев в системе делает ее пластичной и способной к сопротивлению внешним воздействиям, ибо пассионарии умеют находить выход из самых сложных ситуаций". В каждую конкретную эпоху число пассионариев в составе этноса невелико. В целом, конечно, если это не Александр Македонский, Юлий Цезарь, Медичи, Микеланджело, Колумб, Моцарт, Наполеон, Суворов, Пушкин, Жуков, Гагарин или Солженицын, они обречены на непризнание их современниками. Можно сказать, что большое количество состоявшихся и общепризнанных великих людей в различных областях человеческого бытия, а они все, как правило, пассионарии, является верным признаком величия нации, этноса и суперэтноса. Но если их просто нет, или они есть, но никак не востребуются властью или обществом, или их используют как "расходный материал", то тогда этот этнос обречен. Этнос делает великим не только количество национальных героев, но и наличие "простых пассионариев" в народной толще, через которых "идея овладевает массами" и которые способны "гореть сами и зажигать других", а также сохранять и нести этот огонь, утверждая правоту идеи своей ежедневной жизнью. Если пассионариев нет "в народе", то этнос обречен даже тогда, когда ему хоть и "говорят правильные слова, но не ведут".

Пассионарии у власти - это прекрасно, если рядом есть гармоничные люди.

Особи гармоничные -
это личности интеллектуально полноценные, работоспособные, уживчивые, но не сверхактивные. Самоотверженность пассионариев им чужда и антипатична, так как их собственная пассионарность нулевая Они сохраняют мир, воспроизводят этнос и могут умножать ценности по уже созданным образцам. Они составляют основную массу населения и они вполне самодостаточны. Они способны умерять вспышки пассионарности, если она выходит из-под контроля разумной целесообразности, и тем порой спасают свой народ. Они могут вполне обходиться без пассионариев, правда, до тех пор, пока не появится сильный внешний враг или другой опасный вызов существованию этноса.

Находясь рядом с пассионариями, они способны "зажигаться" их огнем и вести себя самоотверженно, совершать подвиги и становиться героями. Гармоничные личности у власти - это нормально, если рядом есть пассионарии. Субпассионарии - это особи с отрицательной пассионарностью. Они управляются импульсами и инстинктами, почти всегда находясь между жадностью, завистью, похотью и страхом. Их примером могут служить и римский "плебс", и новгородская "чернь", и "бродяги ландскнехты", и современные российские "бомжи". С одной стороны, это почти всегда "дно" общества, но с другой - они сегодня могут иметь и совершенно респектабельный вид, составляя основу "политической толпы" и всякого рода "тусовок". Субпассионарии не изменяют мир и не сохраняют его, а существуют за его счет.

Это люди, которые живут всегда для себя и сегодняшним днем. "Они делят всю получаемую информацию на два сорта: приятную и неприятную. Носителей первой они считают своими друзьями, готовы "за обещание хлеба и зрелищ" на любую авантюру, и так до первого столкновения с трудностями. Носителей второй они считают своими личными врагами и расправляются с ними при всяком удобном случае".

В силу своей подвижности они часто играют важную роль в судьбе этносов, совершая вместе с пассионариями завоевания и перевороты, часто находясь в составе их обслуживающего персонала, но без пассионариев - они ничто.

Субпассионарии у власти - это национальная трагедия. Может быть, именно поэтому Лев Гумилев специально отмечает, что в фазе надлома "вырастает значение субпассионариев, формирующих кадры исполнителей". Нам приходится с горечью констатировать, что сегодняшнее состояние нашей государственной власти точно соответствует его теории.

Таким образом, исходя из приведенных выше характеристик основных типов особей, составляющих этнос, можно сделать определенные выводы относительно этногенной формулы власти.

Наверное, идеальным в этом плане случаем может являться тот, когда у руля государства стоят люди пассионарные, но разума не теряющие.

Пассионарность власти может носить не только генетическую составляющую, но может существовать и пассионарность положения, статуса или обстоятельств. Мы имеем в виду такую ситуацию, когда у руля государства, Армии или другой мощной структуры находится личность непассионарная, но гармоничная, а общая или складывающаяся ситуация такова, что решения необходимо принимать и вести себя так, как это соответствует явному "харизматическому вождю нации", то есть природному пассионарию. Нам представляется, что население страны всегда ждет от своих лидеров именно такого "пассионарного" поведения. Историей доказано, что таким "вождям" население внимает и подчиняется с большей охотой, их удачи становятся удачами всей нации, а их просчеты прощаются. И поэтому, когда вдруг оказывается, что "хариз-ма" лидера - это дело рук PR, то долго скрывать это не удается и он практически обречен на "смену знака отношения" к нему обществом.

Правда, здесь существует одно и очень важное исключение, связанное с тем случаем, когда при явной гармоничности и нехаризматичности лидера у него хватает ума составлять свою команду из сильных пассионарных профессионалов и не бояться их, как правило, надуманной конкуренции. Народ обычно всегда правильно и высоко оценивает этот факт и, продолжая уважать своего избранника, уже с большей требовательностью относится к действиям его окружения, дистанционируя свою приверженность режиму, разделяя его на "справедливого, но обманываемого царя" и его "коррумпированную челядь". Эта ситуация всегда дает лидеру возможность говорить о том, что он, например, "лидер всех россиян", постоянно находиться "над схваткой" и так далее. Другими словами, он получает свободу "внутреннего политического маневра", что всегда продлевает его политическое бытие, в том числе и потому, что всегда есть на кого списывать текущие неудачи. Правда, вся эта "роскошная жизнь" может быть быстро свернута в условиях демократии самим обществом, если оно поймет "пустоту" своего избранника и его явную несамостоятельность и неспособность принимать решения и решительно действовать в интересах людей. Вот почему даже общепризнанному, но гармоничному, то есть не пассионарному, национальному лидеру просто жизненно необходимо пассионарное окружение, способное организовать и довести до ума любой процесс, в том числе и процесс реформ.

Только организация процесса на базе осмысления ситуации и перспектив может уравновесить и гармонизировать эгоистические инстинкты национального самосохранения, стремление к размножению и воспитанию потомства в условиях стабильности и предсказуемости с его противоположностью - пассионарным напряжением нации, ее стремлением к экспансии, с ее идеализмом, жертвенностью и альтруизмом.

Таким образом, формулу идеальной власти в логике этногенеза Л. Гумилев видит в утверждении: "Если между важнейшими типами членов этноса - гармоничными особями (у которых пассио-нарность и инстинкт уравновешены) и пассионариями (у которых пассионарность сильнее инстинкта) устанавливается некое оптимальное соотношение - система почти неодолима". Нам представляется, что искусство власти и, конечно, искусство лидера во многом и состоит в том, чтобы отыскать это оптимальное соотношение и реализовать его потенциал. Конечно, после таких серьезных теоретических выкладок читатель ждет нашего анализа существующего российского истеблишмента. Но поскольку сегодня в нашей российской власти "дурь каждого" уже видна, то можно ограничиться отсылкой уважаемого читателя для его собственного анализа к изложенным выше теоретическим положениям.

Такой анализ и выводы должна сделать и наша высшая государственная власть, так как, по нашему мнению, сегодня у руля российской государственной власти пассионарных личностей нет. Во власти состоят сплошь окруженные субпассионариями гармоничные особи, поэтому мы и имеем сегодня в стране то, что имеем.

Выводы

Во-первых, налицо явная пассионарная депрессия российского суперэтноса, которая есть следствие нескольких войн и организации государственного насилия над собственным народом: при коммунистах - насильственным внедрением коммунистической идеологии, при демократах - насильственным внедрением чужих и чуждых политических, экономических и идеологических ценностей и стереотипов, что всегда сопровождалось государственной "зачисткой" пассионариев.

Во-вторых, фаза надлома российского суперэтноса подтверждается, но при этом стадии "золотой осени", инерционной фазы "пожинания плодов предыдущей активности", которая, по Л. Гумилеву, следует после надлома и может длиться до трехсот лет, у России, скорее всего, не будет, так как оказалось, что нам уже нечего "пожинать".

Россию может ожидать ускоренное "впадение" в следующую фазу "обскурации", фазу раскола этнического поля, и ее ускоренное цивилизационное свертывание.
 

 

К началу страницы
 



РУСКОЛАНЬ