Русский информационно-познавательный ресурс "Русколань"

.




Зов славянских предков

Источник: "Национальный акцент", Медиа-проект Гильдии межэтнической журналистики. 2017 год.
Авторы: Студенты Высшей школы журналистики СПбГУ: Анастасия Бирюкова, Дарья Тюрина, Галина Рулева.

«Родовая память есть в каждом человеке. Только в ком-то она спит глубоким сном. А в ком-то пробуждается…»

О проблемах и традициях корреспондентам «НацАкцента» рассказали те, в ком родовая память жива — представители петербургской общины «Велесье».

Чучело Марены
 
Огненные языки поглощают чучело Марены. Несколько секунд – и нарисованное угольком лицо исчезает в дыму. Люди в народных костюмах стоят по кругу и благоговейно наблюдают за происходящим. Это не съёмки фильма о славянской древности. Это петербургская община «Велесье» проводит весенний обряд «Комоедицы». На поляне преобладает молодежь до тридцати: суровые и не очень бородачи, кокетливые молодые девушки, мальчик лет пяти, бегающий между деревьев с маленьким свистком.



Сжигание символа Зимы – кульминация обряда. Сначала все идут по тропинке под звуки бубна. Замыкает процессию молодой парень Добрыня с Мареной в руках. Затем каждый участник процессии в одиночестве проходит между двух деревьев и что-то говорит почти шепотом, должно быть, приветствуют богов. Это действие символизирует переход в иной мир, где обитают боги и духи предков.

После того, как чучело Марены обратилось в пепел, мужчины встают парами в ряд, сцепляют руки и зовут девушек «полетать». Тут же образовывается хихикающая очередь. Ложишься на руки двух первых пар, и тебя подкидывают, пронося дальше. В конце стоит мужчина, который ловит «летунью» и возвращает ее на землю.

Кто-то кричит: «Пора солить девчонок!». Тут же все разновозрастные девчонки с криками разбегаются кто куда. Через пару минут нас догоняют двое парней и посыпают снегом. Стоим под деревом, отряхиваемся, а всем пробегающим мимо кричим: «Нас уже посолили».

Конец обряда – медитация. Разбиваемся по семь человек, кладём руки друг другу на плечи, один из нас встаёт в центр и начинаем пропевать слово «род». Мужские и женские голоса гармонично сочетаются. Не унисон, но, вероятно, терция.

А после обряда – импровизированный праздничный стол с блинами, пирогами и даже копчёными колбасками. Традиционные русские кушанья поданы в пластиковых контейнерах и коробках.

Эти люди – обычные петербуржцы, их работа зачастую никак не связана с русской народной культурой. Но есть среди них и те, кто ушёл в фольклор с головой.

«Родителям понравилось, вот меня так и назвали»

В кафе входит молодой парень богатырской внешности: высокий, широкоплечий, улыбчивый и на вид очень добродушный. Приглядываюсь и узнаю в нём Добрыню – того самого «мареноносца», который замыкал процессию во время обряда.

– Имя настоящее, – смеётся он. – Родителям понравилось, вот меня так и назвали.

Добрыне Валееву 19 лет. Он учится в Санкт-Петербургском университете технологий управления и экономики и профессионально режет по дереву.

– Дедушка у меня занимался резьбой. Мне эта работа казалась нудной, не нравилась, – вспоминает Добрыня. – Но в какой-то момент как будто что-то щёлкнуло: взял нож и палку. Посидел, построгал, думаю: «Прикольно, легко». А потом захотелось сделать маленькую фигурку. Получилось ужасно коряво, я её сжег. Дедушка заметил, что меня потянуло к деревяшкам, дал несколько резцов и немного палок.

Мой собеседник родился в деревне Гостилицы – маленьком населённом пункте в Ленобласти, где, кстати, началась операция по снятию блокады. Когда наш разговор зашёл о ней, Добрыня оживился, стал говорить быстрее и вдохновеннее:

– Моя деревня мне помогла в вовлечении в культуру. Она с богатой историей, очень старая, ей более 700 лет. У нас там стоит дворец Петровских времен, хоть и разбитый, войны всё-таки потрепали, но всё равно – огромное достояние культуры. Я лазал там везде, где только можно, пока его вандалы не разгромили окончательно. Поднимался на второй этаж, спускался в подвал. Страшно, потому что кирпичи могут обвалиться в любой момент: приходилось разговаривать только шёпотом.

Сейчас Добрыня, не только профессиональный резчик по дереву, но и завсегдатай всевозможных реконструкторских фестивалей. Сам себя он считает приверженцем исконной народной культуры и родноверия.

– Христианство – это не исконная русская вера, это насаждённое, – говорит он. – Не секрет ведь, что Русь крестили насильно. Сейчас, конечно, у каждого есть свой выбор, но не стоит забывать, что наши корни – там, в язычестве.

Под конец беседы Добрыня спрашивает, настоящая ли у меня фамилия на страничке «Вконтакте» – Тюрина. Говорю, что да. Оказалось, Тюр – бог в скандинавской мифологии, сын Одина и брат Тора. Что ж, такая трактовка видится мне более солидной, чем от «тюри» – еды из хлеба с водой, молоком или квасом.

Флешка в швейной машинке

Вхожу в один из типичных питерских дворов. Меня встречает девушка, настоящая «русская краса» – «чёрны брови, чёрны очи». Одета в стилизованный тёмно-зелёный сарафан с вышивкой и в тон ему закрытый головной убор с теми же узорами, под которым спрятаны волосы. Такие наряды в ходу на фестивалях, но чтобы увидеть его в самый обычный четверг на улице…

Анна Козлова ходит так каждый день, она – руководитель мастерской современной славянской одежды «Веха», в которой и создаются народные шедевры.

– Камнями пока никто не закидывал, – улыбаясь, говорит Анна, – но оглядываются, подходят. В основном женщины. Видно, что они хотят быть женственными, статными. А вот мужчины редко подходят, особенно русские. Зато восточные – очень уважительно относятся. Они чтят свои традиции.

Анна проводит экскурсию по своей мастерской. На стенах и полках – гайтаны – шейные украшения из бисера, узорные тканые пояса. Но больше всего в этом царстве народного творчества удивляют современные технологии! Узоры на рубахе делала машина.

Иголка скачет – вверх-вниз – движется дальше, оставляя за собой красные кресты на белой льняной ткани. А управляет процессом специальная компьютерная программа на флешке.

Эти технологии, пожалуй, лучше всего показывают, чем занимается Анна. Нет, она не мечтает вернуть прошлое, а доказывает, что оно легко вписывается в наше настоящее и даже будущее.



– Родовая память есть в каждом человеке, – убеждена Анна. – Только в ком-то она спит глубоким сном. Но сейчас, наверное, время благодатное: во многих она пробуждается.

Девушка убеждена в том, что общество без прошлого – это «дерево без корней». А сейчас многие, увы, имеют неправильное представление о народной культуре.

– Нам очень хочется, чтобы русский человек не стеснялся своей национальной идентичности, – поделилась хозяйка мастерской, – и с гордостью носил свою одежду.

Для малых народов естественно на праздники надевать национальный костюм. А много ли людей вы видели на наших праздниках в русском костюме?

Возникает вопрос: как приобщить массы к культуре предков.

– Не всё так плохо на самом деле, – уверена Анна. – Сейчас много проводится праздников и фестивалей различных: военно-исторических, фольклорных… Вообще каждый должен делать то, что у него лучше всего получается. Вот я – на своём месте.
 
Гусли, кино и корабли

Скромно стучусь в дверь, захожу. Меня уже ждёт улыбающийся человек – статный, мужественный, с яркими голубыми глазами и густой чёрной бородой. Он просит подождать минут 20.

Сергей Кашин-Свешников проводит урок игры на гуслях. Разучивают «Вдоль по морю». Заслушиваюсь, несмотря на то, что новички играют небольшими тактами, постоянно сбиваясь, а Сергей терпеливо их поправляет.

– Традиция игры на гуслях забыта, – говорит он после занятия, – а ведь на них можно играть с тем же успехом, что и на гитаре. Она просто более популяризирована, начиная годов с 60-х. На гуслях сложнее играть, они лет на 800 старше. Популярная музыка на них не играется, а тяга у людей есть.

Сергей создаёт авторские песни в той манере, в какой их пели наши предки. А ещё работает над записью «Слова о полку Игореве». Какие-то части на современном языке, какие-то – на древнерусском.

– Современный язык всё же ближе обычному человеку, – объясняет Сергей. – А хочется, чтобы в конечном итоге люди на древнерусском слушали. Ближе к традиции.

Мой собеседник поёт, играет на гуслях и… строит суда.

– Первый корабль нам подарили, а мы его только реставрировали, – говорит он. – В какой-то момент мы познакомились со шведом, который знал, как создавать корабли. Мы пригласили его сюда, он приехал с чертежами. Мы тоже ездили в Швецию, обучались. И вот, один из результатов – шестивёсельная шведская ладья, 8,5 метров. Швед умудрился на этой лодке дойти до Смоленска.

А ещё Сергей снимался в кино. Был каскадёром в художественных фильмах, участвовал в сценах сражений на мечах.

– Мне кажется, сейчас люди стали больше интересоваться народной культурой, – сказал он под конец нашей беседы. – В «Голосе» частенько проскальзывают фольклорные исполнители. Это тоже показатель, что народная культура растёт, видоизменяется, находит другие способы подачи.

Или вот пример: купить гусли пять лет назад было сложно, а сейчас уже есть целые производства. Главное – желание.

Новоязычники: подальше от политики, поближе к «крыше»

Как войти и вылететь из Круга, что воруют на славянских фестивалях и когда появится армия кришнаитов? Лидер родноверческой общины «Велесье» рассказал о том, каково это: быть язычником в XXI веке.

Как стать своим?

Лавка славянских товаров «Горыныч», тихое и спокойное местечко, спряталась на втором этаже станции технического обслуживания. Рубахи с орнаментом, боевые топорики разного калибра, глиняные братины и серебряные подвесы. Этакий интернет-магазин для древнего человека: здесь всё, что могло понадобиться в IX веке. Хозяин лавки, Дмитрий Патриотов, с юности работал здесь автослесарем. В 20 лет Дмитрий перестал исповедовать христианство, снял крестик и стал искать ответ на вопрос – «Что было до Иисуса?». Родноверие для него – способ вернуться к своим истокам.

– Классическая беда любого носителя веры – незнание постулатов. Я не был знаком с главными канонами христианства. Попав в круг людей, которые имели альтернативную точку зрения о вере, я открыл для себя нечто «до».

Открытые лекции Русского Географического общества в педагогическом университете имени Герцена, языческая литература и создание первой родноверческой общины – за год Дмитрий изучил эту сферу вдоль и поперёк. Вместе с единомышленниками четыре года назад он создал общину «Велесье», формально открытую для любого желающего. С одной оговоркой – люди должны понимать, куда и зачем идут. На вопрос «Как попасть на закрытую встречу?» Дмитрий закатывает глаза и говорит: ждём людей просвещённых.

– Кришнаитов, например, постоянно можно найти у станции метро «Чкаловская»: они ищут новичков и зазывают их на свои встречи. Мы так не делаем.

У нас есть костяк – 11 старейшин-создателей. Это люди первого Круга. Непосредственно участники общины, 65 человек, составляют второй Круг. У них есть права и обязанности, они посещают закрытые сходы общины.

Третий Круг – наши друзья, которые официально в «Велесье» не состоят. Есть открытые сходы, лекции, когда к нам приходят обыватели. Вместе мы отмечаем праздники: Комоедицу, день Ивана Купалы, Велесов день.

Секта или не секта?

На Дмитрии обычная серая толстовка, но её рукава вышиты русским национальным орнаментом. Он устало улыбается, не в первый и последний раз развеивая мифы о язычестве: общинники не ходят в рубахах и лаптях по городу, не возводят в культ объекты природы и…

– Бог – это не тот, кто махает метёлкой и создаёт ветер, а ветер – сам Бог. Перун – это не мечущий молнии дядька, а Бог преодоления, он есть молния, гроза. Нас спрашивают: «Зачем вы молитесь этим столбам?». Бог – это не кумир, а проводник. Есть икона Николая Чудотворца, люди молятся на неё, но они не понимают, что это просто изображение, которое не надо возводить в культ. Когда на нас напали немцы, нас спасли пулемёты, а не молитвы.

Секта, субкультура, странная организация – Дмитрий давно перестал опровергать любые домыслы о своём детище. Он полагает, что, произнося слово "секта", человек изначально вкладывает в него негативный оттенок.

– Знаете, что я делаю в таких случаях? Прошу этого человека рассказать мне о структуре секты, что она из себя представляет. Что такое секта? Это конкретная организация, где существуют культ личности, денежные сборы, слежка за участниками, невозможность выйти за ее пределы. А во главе всего – некий представитель Бога на земле. У нас этого нет.

Люди не понимают, как я могу добровольно отдавать свои деньги, чтобы сделать для них праздник, не употребляю алкоголь, занимаюсь спортом. «Да ты сектант», – говорят мне в ответ.

«Крыша» для Белоярёнка

– Питер и Москва – такие города, где влиятельные знакомые есть у любого школьника. Хотя школьник в общину не попадёт, принимаем с 18. У нас есть молодые соратники. Недавно в «Велесье» пришёл сын нашего соратника Белояра. Парню 21 год, но мы называем его Белоярёнком – маленьким, неоперившимся птенцом.

Возрастного ценза в общине нет, но нового члена принимают только по согласию абсолютного большинства. Единственное, что волнует Дмитрия, – культурный уровень новичков. Кто пьет и ругается матом – «вылетают» без права восстановления.

Другая проблема в том, что самих общинников гонят с насиженного лесного места. Здесь влиятельный соратник поможет спастись от штрафа и задержания. Кто они – «крышеватели»? Дмитрий говорить отказался, но намекнул, что люди неплохие.

Крыша – штука хорошая, но от воровства не спасёт и на политическом митинге не защитит.

– Тащат всё: от колец до посуды. Позапрошлым летом проводили фестиваль, на котором состязались общинники. Я орудовал двумя палашами, после боя воткнул один в землю и тут раз – выбегает человек из толпы, хватает моё оружие и след простыл. В лавке «Горыныч» тоже воруют постоянно. Бывшие приятели с автомойки уносят мои фиалки в горшочках. Что касается политики – даже не обсуждается. За участие в митингах и разговоры об этом в общине – изгнание.

3D-модель человеческих отношений

– Женщина – это одна координатная ось, мужчина – другая, а вместе они образуют 3D-модель отношений.

Дмитрий по-домостроевски полагает, что удел женщины – семья и дом, создание уюта. «Платья, цветочки в волосах, обхаживают мужчину». От карьеристок-роботов с удручающе чистой кухней, на которой ничего не готовят, он устал.

У него есть старшая сестра-карьеристка с железным характером. Видеть свою будущую избранницу такой же он не хочет. Ищет спутницу в своих кругах – пока безуспешно.

Но если женщину можно попытаться понять, то кришнаитов – не получается.

– Недавно ходили к ним на собрание. Везде благовония, меланхоличные глаза и, по-моему, они что-то покуривают. Если родновер выйдет защищать с мечом свою землю, то посмотрите на этих. Да и там одни женщины, процентов 70, бегающие под ногами дети, а мужчины какие-то бесплотные. Армии из них никогда не получится.

Иван-чай с мёдом остывает, а Дмитрий размышляет о будущем: община разрастается и – вечный вопрос – денег не хватает. А потом он вдруг улыбается.

– По Гумилеву, цикл пассионарности – полторы тысячи лет, пока в России господствует христианство. Вот через 50 лет придёт наше время. Потом денежный вопрос и порешаем.

Структура языческого обряда

Вход

Община собирается на лесной поляне, проводит обряд очищения: обмахивание мечом, позвякивания бубна и произнесение обрядных слов – «Я (имярёк) вхожу из мира Яви в мир Нави для прохождения обряда с добром и любовью».

Крада

Зажигается крада – жертвенный костёр. После его обливают молоком – символом Млечного пути, на котором живут люди. Сгорая, крада заваливается набок. Считается добрым знаком, если костёр завалился именно в твою сторону. Общинники славят Богов, как правило, тех, которые соответствуют текущей дате по солнечному календарю.

Жертва

После славления Богов общинники передают по кругу хлеб, говоря друг другу добрые пожелания. После этого хлеб отправляется в огонь. В «Велесье» верят, что таким образом пожелания дойдут до Богов.

Практики

Костёр догорает, и начинается время древнеславянских забав. Участники прыгают через костёр, мужчины устраивают кулачные бои, девушки плетут венки.

Выход

«Я (имярёк) выхожу из мира Нави в мир Яви, с добрыми помыслами и ладом в душе», – этими словами заканчивается обряд. Общинники убирают территорию и с «добрым сердцем» прощаются до следующей встречи.

Мнение культуролога

«Постольку архаика и новации всегда находятся в конфронтации, то и здесь миру филистёра и обывателя противопоставлен иной порядок жизни «в общине». Эта общинность внепартийна, но характер тайного общества тут налицо, иначе к чему все эти выходы к обществам вроде кришнаитского, иные контакты с неофитами. С позиции историко-культурной мы наблюдаем все эти попытки обновления, в том числе через веру/древнюю религиозность, в разные эпохи и в нашей стране, и чем неопределённее ситуация «за окном», тем больше эти поиски могут вестись на материале «зова далёких предков». Кто мы, откуда – об этом и космические саги нам говорят, но в школах же не собираются изучать сериалы о жизни в лесу или проводить факультативы по «религии "Звёздных войн"». А если такое и начнётся, значит, новое архаическое сознание «на марше», и через 50 лет проект цивилизации придётся закрывать»

Александр Апыхтин
Кандидат философских наук, преподаватель кафедры культурологии, эстетики культуры и философии СПбГУ

Мнение кришнаита

«Ведическое знание найдёт отголоски и в неоязычестве, и во всех других религиях.

Новоязычники меня интересуют, я бы сходил на обряд. Любопытно, откуда они берут свои знания. Если мы берём кришнаизм, то существует такое понятие, как Гуру-парампара – передача знаний от учителя к ученику. И только когда ученик будет полностью квалифицирован, с полностью очищенным сердцем – тогда передаётся полное знание. У неоязычников, я думаю, вряд ли такое есть.

Самое важное – откуда корни. Говорить о том, что нашему русскому менталитету подходит больше неоязычество – это опять же ярлык повесить. Истинно ведическое знание направлено на то, чтобы дать понять, кто мы такие и каково наше положение здесь.

Мой главный вопрос к приверженцам родноверия: какова конечная цель неоязычества?»

Константин Каширин (духовное имя – Камала Кантха Дас)
Слуга слуг вайшнавов (в народе – последователь кришнаизма)

Мнение пастора

«Язычество — не что иное, как греховные человеческие искушения. В православии существует феномен двоеверия. Христианские, библейские представления соседствуют с чисто языческими пережитками. Церковные праздники приурочиваются часто к астрономическим явлениям (например, летнее солнцестояние, равноденствие), ведь на месте этих христианских праздников когда-то были языческие. В принципе, с точки зрения лютеранской церкви, неважно, когда мы празднуем Пасху или Рождество. Важно то, что мы их празднуем вообще. Писание говорит нам о том, что нужно противодействовать всяким языческим козням и измышлениям, чем мы и занимаемся.

А с тем, что язычество ближе человеку, можно было бы поспорить. С одной стороны, мы видим, что в православии существует двоеверие. В то же время наше коммунистическое прошлое – это же, как говорится, «махровое язычество». Взять нынешнее постмодернистское состояние мира – так это язычество в кубе. Именно поэтому церковь испытывает проблемы, когда говорится: «Да, у каждого человека есть свобода вероисповедания, и это верно, и то верно, кришнаиты смотрят на слона с одной стороны, православные – с другой, а Бог вообще един». Но это всё ложно, потому что Бог-то един, но един объективно. А субъективно у каждого, получается, свой. Но мы знаем, что богов не может быть много. Всё, что не описано в Слове Божьем, – идолы. Это всё язычество».

Александр Кудрявцев
Пастор евангелическо-лютеранской церкви, управляющий церковной недвижимостью


Комоедицы. Родноверие.

Материалы по теме:
Изведы о Родной Вере. На вопросы отвечает Ставр
Ставр и Белояр "Беседа о Славянском Родноверии"
Родноверие, определение. Язычество без перерыва. Язычники о Язычестве
Э.Прицский "Это - русская вера"
Четыре великих праздника солнца на Руси
Капища Святой Руси. Интервью с Велеславом
Путь. К предкам и предкам предков - богам. Интервью с Озаром Вороном
Вильнорт "Современное язычество – традиция, непрерывность и реконструкция"
М.Харитонов "Возвращение общины"
Жить очень долго можно только на родине и соблюдая традиции предков
Иллюстрации славянской и языческой тематики
Фотографии: славянская и родноверческая тематика в современной одежде, украшениях, аксессуарах

 

К началу страницы
 

РУСКОЛАНЬ